О. Он действительно, действительно серьезно – про честное соревнование.
– Я знаю, что они
– Muchas gracias[5]. – Потом он усмехается: – Но ты так думаешь, потому что Деметра благословила меня обаянием.
Она сделала его располагающим к себе. Приятно, наверное.
Я качаю головой:
– Я знаю, когда люди хорошие и когда располагают к себе.
Диего слегка серьезнеет и искренне улыбается мне. Потом делает глубокий вдох и отходит на шаг назад, пропуская меня вперед себя.
Именно тогда я наконец-то успеваю хорошенько рассмотреть начало полосы препятствий Артемиды. Я вижу впереди пещеру, залитую светом фонарей, свисающих со сталактитов, которые освещают ряд балок, подвешенных на разной высоте. Я смотрю вниз и вижу, что падать тут только метров шесть, зато на тысячи сталагмитов, похожих на зубы.
Даймонов здесь нет – или, по крайней мере, я их не вижу, – но это ничего не значит.
– Наверняка это падение меня прикончит, – бормочу я себе под нос, но Диего смеется.
– Не задерживайся долго, – говорит он. – Летучие мыши. Вот кто попытается содрать с тебя флаги. Маленькие и побольше, пакостные, которые могут сбить тебя с ног, если им захочется.
Значит, придется танцевать с дракулятами? Жуть.
– Класс.
Я снова смотрю вниз.
– А кто-нибудь еще?.. – Я обрываю вопрос. Не хочу знать. Просто не буду смотреть вниз, чтобы не увидеть тело, если кто-то упал.
– На этом этапе – никто, – говорит Диего. – Но я слышал…
Лютый вой боли раздается с другого конца пещеры, и я уверена, что это Сэмюэл. Что могло заставить
– …крики, – заканчивает Диего. – На следующем этапе.
Все лучше и лучше. Я испускаю долгий вздох и делаю первый шаг. Балка не двигается, стоит крепко. А еще она всего в пятнадцать сантиметров шириной.
«Не думай об этом».
Если я остановлюсь, то запарюсь и упаду, так что я стараюсь быстро передвигаться по балкам, как можно ловчее ведя себя на резких поворотах влево-вправо и на изменениях высоты. Всего несколько раз я покачнулась и один – замахала руками, как мельница, но все еще не упала. Шаги позади подсказывают, что Диего легко за мной поспевает.
Мы уже на полпути через пещеру, когда за одним отчетливым писком раздается еще один и еще один, слышится хлопанье крыльев, а потом Диего кричит:
– Прибавь ходу!
Сердце колотится в груди. Я бросаю взгляд направо и вижу целую стаю летучих мышей, перекрывшую свет одного из фонарей. Потом еще одного фонаря, поближе. И еще. Шум их крыльев заполняет все помещение.
Я иду. Иду как можно быстрее, притормозив всего пару раз, чтобы не упасть во время перехода между балками. Мы уже почти дошли до конца, где последняя балка заканчивается у выступа, ведущего в маленький круглый туннель.
«Почти дошли».
Хлопая крыльями, мыши бросаются на нас. Я спотыкаюсь, когда попадаю ногой на твердую землю, и падаю, врезаясь коленом в камень. Я вскрикиваю, но у меня нет времени проверять, что с коленом, потому что две сильные невидимые руки поднимают меня на ноги.
Летучие мыши кружатся и ныряют в воздухе, как торнадо, пытаясь добраться до наших флагов. Диего практически впихивает меня в туннель, который похож на сточную трубу из гофрированного металла. Он такой маленький, что нам приходится встать на четвереньки.
Как только мы оба оказываемся в кромешной тьме, летучие мыши останавливаются. Вот в прямом смысле, а не просто сдаются и улетают на свой насест. Как будто в ту самую минуту, когда мы туда попали, мыши перестали существовать.
– Это раз. – Голос Диего звучит до бесячего бодро. Я его не вижу. Он явно надел кольцо.
Минус один. Неизвестное количество впереди.
– Ты потерял флаги?
– Нет.
Очень странно говорить с пустотой.
Я испускаю тихий вздох облегчения. Не хотелось бы, чтобы Диего лишился флага из-за меня.
– Хорошо. Я тоже.
Потом я поворачиваюсь лицом к тому ничто, что ждет впереди. Подобная тьма… удушающая. Как будто ты никогда не увидишь света. Но я почти всю жизнь провела под землей. Тьма – не то, чего мне приходится бояться.
А вот инерция убивает. Это я узнала на своей шкуре. Я быстро ощупываю закругленные стенки трубы.
Но когда я поднимаюсь всего на пятнадцать сантиметров со дна, меня бьет током, и я вскрикиваю, отдергивая руку. Электрический разряд освещает то, что явно является сточной трубой. Я трясу рукой, дыша сквозь жгучую боль на той стороне ладони, по которой прилетело.
– Не трогай ничего, кроме дна, – говорю я Диего.
Я так полагаю, пусть он и невидимка, но трогать-то все равно может.
– Понял.
Мы начинаем ползти.
Мое колено, уже опухшее из-за жесткой посадки после балок, совсем этого не одобряет, но я стискиваю зубы и стараюсь не замечать боль. Не то чтобы у меня был выбор.
Где-то метра через три что-то хватает меня сбоку, и я кричу, отшатываясь прямо в стену трубы. Еще один заряд тока пробивает мне плечо. Искра освещает туннель, и ужас выбивает воздух у меня из легких. Сверху и с боков в трубе есть отверстия, и оттуда торчат руки, готовые сдирать с нас флаги или толкать навстречу новой боли.
– Сука, – бормочу я. – Ты это видел?
– Я видел, что тебя схватили.
