Пуанкаре согласился это сделать, но просил Бобрикова все же «избежать вооруженного столкновения между французами и русскими», так как это может быть использовано врагами нашего союза в целях его ослабления»{49}.
Французские военные власти выделили в распоряжение Бобрикова необходимые части и в свою очередь тоже предупредили его, что оружие может быть применено лишь в случае неуспешных действий русских войск.
Таким образом, на измученный голодом и произволом русских военных властей лагерь ля-Куртин с неумолимой силой надвигалась новая гроза. Куртинцы ожидали ее с тревогой и волнением.
Особенно беспокоило солдат известие о том, что сосредоточенные в особых лагерях части 2-й артиллерийской бригады в спешном порядке проходят специальную боевую подготовку, как бы тренируясь в тактических действиях против солдат Куртинского лагеря, и что в помощь им выделены французские войска. Встревоженные [179] этой новостью, солдаты потребовали от Совета организовать и с ними необходимые военные занятия. «Настал час и нам браться за оружие!» — говорили они.
Для того чтобы заставить солдат 3-й и 2-й артиллерийской бригад выступить с оружием против кургинцев, русское командование решило вновь обмануть солдат.
Зная, что 3-я бригада недостаточно надежна, чтобы быть послушным орудием контрреволюционных сил, Занкевич пошел на обман солдат этой бригады, объявив им лишь ту часть своего приказа, где говорилось, что «Временное правительство приказало отправить русские войска, находящиеся во Франции, в Россию», и заверил солдат бригады, что после усмирения бригады «мятежников» они будут немедленно отправлены на родину.
Этот обман достиг своей цели. Из состава 3-й бригады удалось сформировать пять пехотных батальонов по 800 человек в каждом и две пулеметные роты с 48 пулеметами. Причем из двух батальонов был сформирован сводный полк, который получил название «батальона смерти». Полк возглавил полковник Готуа. Остальные три батальона являлись самостоятельными подразделениями и получили название «батальона чести». Командовали «батальонами чести» три полковника: Сперанский, Стравинский и Котович.
По особому приказу Занкевича на «батальон смерти» возлагалась задача беспощадно, без всякого снисхождения карать «изменников бунтовщиков». «Батальоны чести» получили задание «защищать честь родины», честь революции «теми же мерами, что и «батальоны смерти».
Во главе пулеметных рот Занкевич поставил самых реакционных офицеров. Одну роту возглавил черносотенец поручик Урвачев, вторую — капитан Шмидт.
Из 2-й артиллерийской бригады был сформирован особый пехотный «революционный батальон» в составе 450 человек при двух пулеметных ротах (по 12 пулеметов в каждой).
10 сентября вечером подразделения 2-й артиллерийской и 3-й бригад и французские войска начали окружать лагерь ля-Куртин. Войска занимали секторы и участки по заранее разработанному плану. Многие подразделения стали рыть окопы. Кое-где возводились проволочные заграждения, отрывались волчьи ямы. Начали устанавливать полевые станции, проводить телефонную связь; создавали пулеметные гнезда, перекрытия, устанавливали [180] артиллерию. Все это делалось на глазах у куртинских солдат. Работа носила характер открытой подготовки для широких наступательных действий против лагеря ля-Куртин.
Генерал Занкевич надеялся, что появление войск в районе лагеря ля-Куртин, сооружение ими боевых линий, установка артиллерии и другие военные приготовления заставят солдат лагеря смириться, сложить оружие и сдаться. В случае сопротивления Занкевич имел в виду провести в жизнь другой план, чтобы добиться полной капитуляции «мятежной бригады». Занкевич созвал совещание, на которое пригласил и военного коменданта лагеря ля-Куртин подполковника французской службы Фарин. На этом совещании Занкевич изложил свой тайный план разоружения 1-й бригады.
План этот сводился к следующему. После того как в район Куртинского лагеря прибудут карательные войска, Занкевич предлагал послать в лагерь надежных людей и через них предложить Куртинскому Совету созвать общий митинг бригады и затянуть его как можно дольше. Во время митинга одной части посланных людей своими выступлениями отвлекать внимание «мятежников», а другой — незаметно проникнуть в казармы, захватить оружие солдат 1-й бригады и занять все входы. Тем временем к лагерю подойдут подразделения карательных войск, и когда им будет дан сигнал, они быстро ворвутся в лагерь, окружат митингующих и силой принудят их сдаться.
