- Я совершенно не знал о том, что оказывается в Нуве совершеннолетие с восемнадцати. А мне только-только исполнилось семнадцать, и по вашим законам я не имел права на работу, да еще без регистрации. Вообще никто не брал на работу. Случайные заработки или работа до первой проверки организации. Вот, что хочешь, то и делай. Где грузчиком, где курьером, где еще что-то, и ты не знаешь, что будет завтра. Вот есть вагончик в лагере, где живешь и изредка гуманитарка, что достанется, потому что староста и его семья тоже хотят кушать. Плюс полиция, которая выполняет свои обязанности по надзору за мигрантами. Хорошо выполняет. Пару раз меня спасала, как ни странно, именно фамилия. А сколько денег я должен железной дороге – я даже не знаю...
- И вот так ты жил до знакомства с Эвером Эрлингом? Как вас кстати свела судьба?
- Чистая случайность. Мне повезло, наконец, с работой, я устроился в одно из кафе сети, которая принадлежит Эверу. Там хорошо платили, предоставили жилье и регистрацию, я даже думал, что Марта с осени пойдет в школу, и я смогу лечить Аннику в муниципальной больнице. У моей сестры вот как раз и был шок, после гибели родителей. И еще, ребенок не должен видеть как расстреливают его дедушку и бабушку. Но трансляция была по тому каналу, который остался. Но сейчас все хорошо, все здоровы, учатся. А Эвер? Он как-то проверял свои предприятия лично. Я могу сказать, что он весь свой персонал знает, на каком бы отдаленном предприятии это не было. Ну а дальше, это уже личное знакомство. Собственно этот человек и сделал для нас все. Больше, чем родичи и больше, чем соотечественники и больше, чем кто-либо ни было. Как говорит Эвер – “это мой новый проект”. В чем суть – пока загадка даже для меня. И этот никак не связано с нашими личными отношениями.
- Действительно таинственная история. Тогда спрошу тебя о другом. Твоя фотомодельная карьера – почему ты не стал продолжать? Сессия с торговой маркой Гари была великолепная. Такой образ...
- Это больше заслуга Гари, чем моя. Я в студии был как бревно. “Встань туда, посмотри так, одень это”. Не стал из-за учебы и потому что это все-таки не мое. Учеба в университете для меня на первом месте. Но зарекаться, что я не буду больше сниматься, я бы не стал.
- Известно, что ты поступил на лечебный факультет, на бесплатное. Почему? Это большой труд – конкурс, курсы.
- Это вопрос чести. Потому что мой отец отстоял перед родом мое право на выбор профессии, то есть не в военную академию любимчик дедушки Ингера, а в медицинский. Потому что я обещал своему отцу, что не провалюсь на экзамене, потому что если Эвер помогает мне, то это не означает, что я имею право сесть ему на шею.
- Можно сказать, что твоя жизнь и жизнь твоей семьи как-то вот наладилась и вдруг случилось это покушение. Вот что оно означает для тебя, кроме, естественно, проблем со здоровьем?
- Странный вопрос, на самом деле. Очень многое. Особенно если знаешь, с какой стороны прилетела пуля. Для меня это то, что в Дален я не вернусь ни при каких обстоятельствах, не потому что боюсь, а потому что не нужен ему. Эта пуля – это то, что пятьсот лет служения моего рода на благо страны оказались забыты, это то, что захватчики не готовы говорить честно и громко о себе, а стреляют из толпы, и странно, что в не в спину. Таких стрелков к ведомству моего отца не допустили бы даже к порогу. Или сэкономили?
- То есть ты не планируешь вернуться на Родину? Правильно?
- Совершенно верно. Я хотел быть врачом у себя в Далене, не офицером, ни безопасником. Просто врачом. В Далене не нужны врачи, я уже говорил. Они считают теперь, что со здравоохранением у них все в порядке. Так же я заявляю для всех, кто считает, что я каким-либо образом буду использовать свое происхождение для достижения трона Далена – не хочу и не планирую. И никому не дам воспользоваться или уговорить себя для этого. У меня есть своя цель в жизни, а люди одинаково болеют везде. И, меня в Далене никто не ждет. Все, кого я там знал, почти всех убили – моих ровесников, моих кузенов и кузин, моих родственников.
- И что ты думаешь о будущем Далена?
- Я не предсказатель и не гадалка. Но если знать историю, то мы никогда, ни у кого не побирались, как бы ни было трудно. Десятка раздавала собственные запасы для людей и организовывала поставки продуктов в голодные годы. Страна, которая ищет пропитания у соседей, не в голодный год – обречена. Но она хотела этого сама. Можете списать мои слова на юношеский максимализм.
- Да, суровый приговор. Тогда хватит о политике. Кроме учебы и семьи, какие у тебя еще есть интересы и увлечения? Свое, личное?
- Семья и учеба забирают большую часть времени, на себя как-то не остается. Не знаю, точнее не помню. Дома нравилось играть в игры по сети, гильдии там, задания. Книги читал, модели самолетов клеил. А сейчас – давно ничего не делал. Читаю иногда новости в сети, оцифровал семейный архив, который вернулся к нам только благодаря Эверу. Работа понравилась, перечитал все заново – все легенды и истории, вписал историю своего деда и отца.
