«Илюшка смеется» и другие комедии полностью

В коровнике снова слышно разъяренное мычание, удар, и снова на сцену сначала вылетает ведро-цибара, затем кубарем выкатывается  А к и м а к и н.

Б о й к о (испуганно). Толик!..

А к и м а к и н. Вспомнил, Ваня, вспомнил!

Б о й к о. Куда она тебя саданула?

А к и м а к и н. Надо было петь «Метелицу»!

И в а н ы ч. Проверь: кость целая? Главное дело, чтобы кость была целая…

А к и м а к и н. Ну да!

Иду!..

Б о й к о. Куда?

А к и м а к и н (показывает в сторону коровника). Туда же!

Б о й к о (категорически). Хватит! Дед Кондрат, гони ее, окаянную!

И в а н ы ч. Кого гнать? Куда?

Б о й к о. Мыньку. На ферму к дояркам. Не пропадать же скотине!

И в а н ы ч. Ну ежели к дояркам… (Снова берет тот же дрюк.)

Б о й к о. Стон! Оставь дрюк.

И в а н ы ч. Нет, Иван Никитич, не оставлю. Да как тебе не грех, на такую тигру посылаешь — и чтобы без всякого оружия!

Б о й к о (машет рукой). Ладно…

И в а н ы ч (в коровнике). Эй ты… милая! Ну-ка выкатывайся отсюда. Шнель, шнель! Ну! А то как дам!.. Гей-гей, цоб, цобе…

Авдеева из-за кулис: «Иван Никитич! Анатолий Владимирович! К вам можно?»

Б о й к о. Можно.

А к и м а к и н. Ваня, что ты?! (Показывает на свое одеяние.)

Б о й к о. Нельзя!

А к и м а к и н. Одну минутку, Татьяна Павловна!.. (С помощью Бойко стаскивает с себя платок, кофту и юбку Авдотьи Дмитриевны.)

Б о й к о. Заходи, Татьяна.

Входит  А в д е е в а.

А в д е е в а. Я не одна.

Б о й к о. А кто там еще?

А в д е е в а. Я тебе Дуню твою привела.

Б о й к о (радостно). Где она?!

А в д е е в а. Там, за воротами.

Б о й к о (зовет). Дуня, Дунечка! Иди!.. Согласен я — и на ферму, и в драмкружок, и в ансамбль, куда хочешь, только из дому не уходи.

Вбегает  Д у н я.

Д у н я. Ванечка!.. (Бросается к нему, обнимает, целует.)

И в а н ы ч. Иван Никитич! А с тигрой как? Все ж таки гнать или не надо?

Д у н я. Вы про Мыньку?.. Сейчас я к ней, сейчас. Переоденусь только…

И в а н ы ч. Эй ты… милая! Давай назад-обратно! Цурюк, если ты по-русски не понимаешь!

Свет гаснет.

Там же, в усадьбе Бойко. Участники спектакля провожают идущего дальше с палкой в руках и рюкзаком за спиной Акимакина.

Б о й к о. Будь здоров, Толик. (Обнимает Акимакина.)

А к и м а к и н. Будь здоров, Ваня.

Д у н я. Счастливого вам пути, Анатолий Владимирович.

А в д е е в а. Спасибо за помощь с «чертовым клином», товарищ Акимакин. Приезжайте к нам еще. Кстати, Иван Никитич вам рассказывал, что в будущем году он решил за нашу «чертову балку» взяться — создать на ее месте водохранилище и разводить гусей, уток, зеркального карпа?

Б о й к о. Что-о-о?! Ты что опять выдумываешь, Татьяна?!

А в д е е в а. Ну как же!.. Я слыхала, что наша областная газета…

Б о й к о. А-а?! Ну да, решил я, решил… Надо же когда-то и с нею кончать, и с этой «чертовой балкой»!.. Приезжай, Толик, может, что-либо подскажешь.

А к и м а к и н. Приеду — зайду, обязательно, Ваня, зайду.

Звучит баян, песня. Акимакин спускается со сцены в зрительный зал, ему машут платками, шапками.

З а н а в е с.

И в а н ы ч (перед занавесом). Тихо, граждане! Все. Можете расходиться… (Свистит в милицейский свисток.)

Б а б у л я — Мария Куприяновна Васильева.

В о в а — ее внук.

Г а л к а.

С е м и н.

М а к с и м о в н а.

На просцениуме. Столик дежурной лифтерши  М а к с и м о в н ы. На столике телефон, электрическая плитка, чайник.

М а к с и м о в н а (пьет чай, читает какую-то старую, потрепанную книжку). Ой! Господи! Как он ее… как она его… как они друг дружку оба!..