«Илюшка смеется» и другие комедии полностью

К р о л ь. А-а!.. (В бессильном бешенстве бросает шляпу обратно на диван, идет к столу и залпом выпивает несколько бокалов подряд.)

Входит  П и н ь ч у к — в пляжном халате, с таким же зонтиком и такой же сумкой в руках.

П и н ь ч у к. А теперь это…

Л а н ц е т  и  П и н ц е т. О-о-о!..

П и н ь ч у к. Господин адвокат?..

К р о л ь (сжимая кулаки и дрожа от негодования). Я… Я не в силах сопротивляться и прошу вас, сударыня… быть моей женой.

П и н ь ч у к (торжествующе). Ха!..

К р о л ь (мрачно). Без вас мне жизнь не жизнь… Тюрьма! (Падает в кресло.)

П и н ц е т. Это совершенно точно.

Л а н ц е т. При одном условии, сударыня!..

П и н ь ч у к. При каком таком условии?

Л а н ц е т. Вам это обойдется… ну, скажем… в тридцать тысяч.

П и н ь ч у к. Это еще что такое?!

Л а н ц е т. Это… приданое жениху. Пятнадцать тысяч до и пятнадцать после свадьбы.

П и н ь ч у к. Нашли дуру! А если он первые пятнадцать тысяч получит, а вторые и ждать не станет, тягу даст?! Нет, господа хорошие, никаких до, только после.

Л а н ц е т. Хорошо, но в таком случае адвокат Кроль настаивает, чтобы свадьба состоялась как можно быстрее.

П и н ь ч у к. Ха! Прыткий какой! Нет, пусть еще в женихах походит, поухаживает за невестой.

К р о л ь (со стоном). О-о-о!..

П и н ь ч у к. Да, дорогой мой… тридцатитысячный. А как же ты думал? Походи, потрудись, поухаживай. А я еще посмотрю, как ты это будешь делать, от всего ли сердца. Вот для начала на, целуй ручку. И вы, господа судейские, тоже… А то ведь я могу и передумать!

Кроль, Ланцет и Пинцет выстраиваются в очередь и целуют ей руку.

Входит  г о р н и ч н а я.

Г о р н и ч н а я. Госпожа Алевтина! К вам из какого-то общества. Господин и две дамы.

П и н ь ч у к. Принесла нелегкая в такой момент! Ладно, давайте их сюда… Я сейчас…

Горничная и Пиньчук уходят. Входят  р а д и о р е п о р т е р  с микрофоном в руках, кино- и телеоператоры, электроосветители. Б а р о н  ф о н  А н т р е к о т  и  д а м ы  из общества покровителей животных и птиц.

Р е п о р т е р (на авансцене). Внимание! Слушайте и смотрите передачу «Мадам Пиньчук в свободном мире». Возмущенная бесконечными нарушениями прав человека, известная русская киноактриса Пенькевич-Пеньковская-Пинько-Пиньчук бежит из Советского Союза. Под покровом полярной ночи в одежде самоедки на санях с собачьей упряжкой она пересекает границы прокоммунистических государств и, наконец, попадает в нашу счастливую свободную страну. Вчера на чрезвычайном заседании правления национального общества покровителей животных и птиц под председательством барона фон Антрекота за выдающиеся заслуги на поприще покровительства животным в условиях советского строя мадам Пиньчук была единодушно избрана почетным членом. А сегодня…

Вспыхивают юпитеры. Входит  П и н ь ч у к.

Внимание! На экранах ваших телевизоров отель «Экстра», номер «люкс»… Известная русская киноактриса Пенькевич-Пеньковская-Пинько-Пиньчук, барон фон Антрекот, дамы из общества…

Б а р о н. Глубокоуважаемая и досточтимая госпожа Алевтина! Вам, наверное, уже известно, что наше общество…

П и н ь ч у к. Вуй. Я. Йес.

Б а р о н. В связи с этим мне и сопровождающим меня лицам поручено поздравить вас и передать вам вот этот скромный подарок…

П и н ь ч у к. Что это?

Б а р о н. Это говорящий попугай Сократ.

П и н ь ч у к. Вот это да!..

Р е п о р т е р. Баран фон Антрекот передает мадам Пиньчук клетку с попугаем. Кстати, судя по всему, этот Сократ на своем веку где только не побывал и с кем только ви встречался: он употребляет специфические морские термины, говорит на разных языках, знает некоторые характерные русские слова и обороты речи.

П и н ь ч у к. Я очень рада, господин фон барон…

Б а р о н. Барон фон…

П и н ь ч у к. Какая разница!.. Я очень рада и хотела бы в меру своих возможностей достойным образом отблагодарить вас.

С о к р а т (вдруг машет крыльями и кричит скрипучим голосом). Полундра-р-ра! Свистать всех наверх-р-рх! Отдр-р-раить люки!

П и н ь ч у к. Что он говорит?

К р о л ь (явно охмелевший). Судар-р-рыня! Сокр-р-рат пр-р-редлагает свистать всех к столу и отдр-р-раить, то есть откр-р-рыть еще полдюжины чего-нибудь спир-р-рт-ного.