Стоя по левую руку от собеседницы, юная циркачка заприметила кое-что странное. Сконцентрировав всё своё внимание на выступлении Уолкеров, аристократка не заметила, как рукава её платья немного приспустились вниз, оголив запястья. Поначалу Дейзи решила, что это не более чем игра света или тени, однако присмотревшись, тут же опровергла свои догадки. На запястье Линали определённо красовались синяки, а точнее следы от чьих-то пальцев. Несомненно, такое «открытие» удивило девушку, но пытаться расспрашивать об этом она не собиралась, так как сейчас её волновал вопрос куда серьёзнее, да и времени оставалось не так уж и много.
— Зачем он тебе, Линали?
— Что, прости?
Дейзи глубоко вздохнула.
— Зачем тебе Аллен?
Аристократка повернула голову в сторону своей собеседницы и с непонимающим видом уставилась на неё.
— Что за вопросы, Дейзи? — в ответ тишина, однако Линали хватило одного недоброго взгляда, чтобы понять, в чём дело. — Я удовлетворю твоё любопытство, если скажу, что люблю его?
— Хм, а ты уверена, что это действительно так?
Линали удивлённо вздёрнула бровь.
— Будь добра, поясни?
— Ты ведь не та, за кого себя выдаёшь, — скрестив руки на груди, вдруг заявила циркачка. — Ты нацепила на себя дешёвое платье, а вот дорогие серьги и цепочку на шее снять как-то запамятовала. Но даже не это бросается в глаза. Ты держишь спину слишком ровно, а все твои движения будто бы отточены, что абсолютно не свойственно девушкам, живущим в бедных семьях. Я ещё молчу о твоих идеально отполированных ноготках, которые открыто говорят о том, что ты не привыкла заниматься какой-либо грязной работой.
— А ты очень проницательна, — спокойным тоном подметила Линали и машинально натянула рукава платья настолько, насколько это вообще было возможно. — Но даже если и так, то что это меняет?
На секунду Дейзи замялась.
— Кто знает, — пожимая плечами, многозначительным тоном ответила она. — Может, тебе наскучила беспечная жизнь, и ты решила воспользоваться и поиграть с чувствами обычного мальчишки, скажем, для разнообразия. — Аристократка усмехнулась. — Сама посуди: ты красива, обеспечена, а значит, образована, так зачем, чёрт возьми, тебе понадобилось связываться с ним?!
— Здесь всё намного сложнее, чем может показаться на первый взгляд, — начала объяснять Линали. — Наша встреча не была случайностью.
— Что ты несёшь? Что значит, не была случайностью?
— Прости, но я не могу тебе ничего рассказать. Просто знай, что ты сильно ошибаешься насчёт меня, — твёрдо заявила девушка, затем прижав кулак к груди и опустив глаза, тихо добавила: — Я люблю Аллена всем сердцем, и без него моя жизнь потеряет всякий смысл…
Эмоции юной циркачки медленно, но верно начинали выходить из-под контроля. Слова Линали почему-то приводили её в ярость.
— Знаешь, я ещё не встречала человека добрее, — продолжала говорить Линали, не замечая при этом, как трясёт подругу её возлюбленного. — В Аллене есть что-то такое, что меня притягивает, и я не могу это объяснить.
Дейзи вдруг стала остро ощущать, как каждую клеточку её тела переполняет ненависть.
— Ведь он особенный, не так ли? Не такой, как все…
Аристократка подняла взгляд на свою собеседницу. Та, опустив голову, стояла неподвижно. Выдержав небольшую паузу, Линали коротко ответила:
— Да, именно.
— Я знаю Аллена уже много лет, — начала сдержанно говорить Дейзи. — Можно сказать, что мы росли вместе. У меня никого нет. Аллен был одним из немногих, кто проявлял ко мне искреннюю доброту. И, конечно, я… влюбилась. Аллен никогда не замечал этого, но я до последнего надеялась, что рано или поздно он увидит во мне женщину и ответит взаимностью. — Губы девушки скривились, и она злобно прошипела: — Но ты всё испортила.
Дейзи, теряя последние крупицы самообладания, поняла, что сейчас желает только одного — чтобы эта напыщенная девица просто исчезла, сгинула, испарилась раз и навсегда. Она не отрицала, что ей глубоко плевать на чувства Линали. Ведь Дейзи не собиралась приносить себя в жертву ради счастья других. Не собиралась сдаваться. Не хотела остаться ни с чем. Снова. В своё время жизнь научила её ненавидеть людей, что, соответственно, обрекло на одиночество. Дейзи никогда не жаловалась, не пыталась сказать кому-то, что пустота в её душе с каждым днём всё сильнее разрастается, расширяется, из-за чего иногда начинало казаться, будто она, дыша полной грудью, просто-напросто задыхается.
Появление же Аллена не сразу, но кардинально изменило всё её блёклое, никчёмное, лишённое каких-либо красок, существование. Нет, она не поменяла своё отношение к людям. Этот обаятельный во всех смыслах мальчишка просто стал исключением. Сам того не ведая, он заполнил пустоту, что долгое время угнетала девушку. Благодаря ему Дейзи стала чувствовать себя по-настоящему живой. Перестала быть обычной цирковой куклой, которая вот-вот сломается. Она обрела смысл в лице этого сероглазого юноши.
Быть любимой — это всё, чего Дейзи так хотела. Но, видимо, кто-то свыше считал, что этого она не заслуживает…
