Сторона обвинения планировала закончить представлять доказательства по делу против Теренса Гриди примерно к середине утра, и все присяжные с нетерпением ожидали выступления защиты, которое должно было начаться вскоре после того, как Эмили Денайер даст показания. И некоторых присяжных беспокоило, что, вопреки предположениям о быстротечности судебного процесса – не дольше пары недель, – теперь все указывало на то, что он может затянуться.
Они заволновались еще больше после того, как Стивен Корк неожиданно объявил, что у него появился новый свидетель обвинения – тот, кто ранее должен был выступить со стороны защиты. Примроуз Браун немедленно попросила перенести заседание, чтобы дать своей команде время подготовиться к перекрестному допросу. Ричард Джапп с ходу отверг ее просьбу.
– Вам отлично известно, что свидетель – не ваша собственность. Вы знаете этого человека и понимаете, какие у него есть доказательства. Я даю вам пятнадцать минут, чтобы присяжные немного передохнули. – Он взглянул на часы. – Объявляется перерыв. Продолжим в одиннадцать тридцать пять.
В совещательной комнате, пока все остальные обсуждали аргументы Эмили Денайер, Мэг еще раз прочитала сообщение от дочери и уставилась на фото. Она впервые смотрела на мужчину, который, по словам Лоры, следил за ними и делал фотографии.
Мэг ожидала увидеть какого-нибудь смуглого подонка с напомаженными волосами, в блестящих солнечных очках, но это был парень лет тридцати с небольшим, типичный житель Южной Америки: коротко подстриженные вьющиеся волосы, спортивная майка навыпуск, джинсы и кроссовки. Он выглядел безобидным, из тех парней, которые могут затеряться в любой толпе. Что, по-видимому, и было задумано.
Хорхе.
Неужели он сделал фотографии, которые лежали у нее на кухонном столе?
– Финансовая информация не вызывает никаких сомнений, – занудно прогудел Гарольд Траут. – Не представляю, как можно думать иначе.
– Ну а я думаю, – объявил Тоби Девинтер. – Я совершенно запутался, и мне вообще не понравилась эта женщина. Она пытается облапошить нас, завалив цифрами, имхо.
– Имхо? – переспросила Мэйзи Уоллер.
– Имхо, по моему скромному мнению, – пояснил Девинтер, качая головой.
– А-а.
– Полнейшая чушь, – возразил Траут. – Слушай вы внимательно, сообразили бы, что все очень просто.
Девинтер ощетинился.
– Слушать и понимать – очень разные вещи. Эта женщина, – с презрением буркнул он, – эта следовательница из отдела по борьбе с экономическими преступлениями не более чем марионетка стороны обвинения. Она потратила бог знает сколько времени, выясняя, как связаны между собой офшорные компании, руководители и банковские счета, разбросанные по всему миру, но есть ли во всех этих чертовых бумажках хоть одно упоминание имени ответчика? В списках совета директоров или в данных банковского счета?
– Ну конечно нет, – выпалил Траут, повысив голос; его кадык бешено запрыгал вверх-вниз. – В этом-то и смысл – создать полную неразбериху!
– Так, – вмешалась Мэг. – Пожалуйста, давайте будем держать себя в руках. Ссорясь друг с другом, мы ничего не добьемся. Мы не кучка сварливых детишек. Пожалуйста, Гарольд, помните, что каждый имеет право на собственное мнение независимо от того, согласны вы с ним или нет.
Наступила неловкая тишина. Мэг подумала, что зря встряла в разговор, спору следовало продолжиться. А если бы он перерос в драку? Если два присяжных заседателя не смогут находиться в одной комнате, станет ли это достаточным основанием для повторного рассмотрения дела новым составом присяжных? Было бы это безопасным выходом для них с Лорой?
– В этом вопросе я согласен с Тоби, – донесся до нее напыщенный голос Хьюго Пинка. – Должен сказать, что нам показали схемы очень хитроумных финансовых махинаций, но я пока не увидел никакой убедительной связи с обвиняемым.
Раздался стук в дверь, и вошел судебный пристав, объявивший, что им пора вернуться в зал.
Они уже отправились в зал суда, когда Гарольд Траут, который шел прямо перед Мэг, на секунду замешкался и остановился. Он указал на обесцвеченный затылок Девинтера и наклонился, чтобы прошептать ей на ухо:
– Если он поглупеет еще немного, придется его поливать, как комнатное растение.
Она улыбнулась, закатив глаза. Присяжные вошли в зал и расселись на скамьях.
Судья, уже занявший свое место, обратился к коллегии:
– Как вы слышали, только что у нас объявился новый свидетель обвинения, который вызвался дать показания. Похоже, процесс продлится не менее трех недель, и я понимаю, что это доставит неудобства некоторым из вас. Но я уверен, что вы все осознаете серьезность обвинений, выдвинутых против подсудимого, и прошу вас понять, что дополнительное время необходимо нам, чтобы осуществить справедливое судебное разбирательство в отношении подсудимого. – Он кивнул Корку. – Пожалуйста, продолжайте.
– Вызываю следующего свидетеля, – провозгласил прокурор.
