– В основном я один работал. У нас есть пара сотрудников на неполный день и механик на полную ставку. Большую часть технических обязанностей, уборку, а также бухгалтерию и канцелярскую работу я передал независимым подрядчикам.
– Итак, в чем заключались ваши обязанности на посту генерального директора?
– Я отвечал за регулярную покупку и перепродажу различных спортивных ретроавтомобилей, часто реализуя их в убыток, чтобы обеспечить оборот и создать впечатление законного бизнеса. Кроме того, порой я брал дорогие автомобили у клиентов и выставлял на продажу от их имени.
– Итак, мистер Старр, считаете ли вы, что за время работы на посту генерального директора «ЛГ Классикс» вы стали кем-то вроде эксперта по спортивным ретроавтомобилям?
– Можно и так сказать, – улыбнулся он.
Корк помолчал, кивнув с глубокомысленным видом.
– За все эти годы торговли тем, что вы называете спортивными ретроавтомобилями, научились ли вы отличать настоящие автомобили от подделок?
– Надеюсь, что да.
– Полагаю, ваши клиенты тоже на это надеялись? – спросил Корк, снова заигрывая с присяжными.
– Доверие очень важно, – улыбнулся Старр.
– Да, могу себе представить. Скажите, какой самый дорогой автомобиль продали в «ЛГ Классикс» за время вашего пребывания там?
– В прошлом году мы продали гоночный «Феррари – двести пятьдесят» тысяча девятьсот шестьдесят первого года выпуска с короткой колесной базой за восемь с половиной миллионов фунтов стерлингов.
– И вы неплохо на этом заработали?
– Мы берем десять процентов с продажи автомобиля для клиента.
– Математик из меня не очень, – признался Корк. – Восемьсот пятьдесят тысяч фунтов прибыли?
– Да.
– И это менее прибыльно, чем контрабанда наркотиков?
– Ну конечно, – отозвался Старр.
– Мистер Старр, этот «феррари» шестьдесят первого года выпуска. Вы уверены, что он подлинный?
– Да, уверен. Нам предоставили историю, и нас вполне устроили сведения о предыдущих владельцах. Надо сказать, что продажа этого автомобиля – исключение, и на торговле другими машинами, которые попадали к нам, мы таких денег и близко не зарабатывали.
– Итак, с вашим опытом вы сумели бы отличить тот почтенный «феррари» от подделки, которую доставили в Нью-Хейвен двадцать шестого ноября прошлого года?
– Да, без сомнения.
– Откуда у вас такая уверенность?
– Потому что мне поручили присмотреть за изготовлением поддельного «феррари», который я привез в Нью-Хейвен, – ответил он.
– Кто велел вам это сделать?
– Он, мой босс. – Старр указал на скамью подсудимых.
Корк снова помолчал, чтобы дать слушателям вникнуть.
– Итак, чтобы внести ясность, обвиняемый поручил вам руководить изготовлением поддельного «феррари» в Дюссельдорфе, в Германии?
– Да.
– С какой целью? Чтобы обмануть потенциального покупателя?
– Нет, мы это сделали для того, чтобы спрятать наркотики в автомобиле и провезти в Англию. В надежде, что это не вызовет вопросов на таможне.
– Почему вы так решили?
– Раньше нам это сходило с рук.
– Не объясните ли, что вы имеете в виду?
Старр кивнул:
– Сначала мы реставрировали настоящие автомобили и изготавливали копии, которые потом продавали. Это был неплохой способ отмывания денег. Пять лет назад мы занялись контрабандой наркотиков и с тех пор заполняли ими поддельные автомобили, которые получали из нашей мастерской в Германии.
– Всегда по указанию подсудимого?
– Верно.
– И что вы делали с автомобилями, когда они приезжали на территорию вашего предприятия?
– Я извлекал наркотики, а потом продавал машины.
– У вас были сообщники?
– Я работал один. Никто из механиков не знал, чем я на самом деле занимаюсь.
– Пока не будем останавливаться на других сотрудниках «ЛГ Классикс». Сколько, по вашему мнению, составляет оценочная стоимость средней партии наркотиков класса А, которые прятали в поддельных автомобилях и ввозили в нашу страну?
– Трудно сказать, – покачал головой Старр. – Я бы оценил стоимость партии в первом автомобиле примерно в три миллиона фунтов стерлингов, а в остальных, включая «феррари», – в пять-шесть миллионов.
– Не подтвердите нам, сколько раз в год вы доставляли эти партии?
– Как я уже говорил, начали мы пять лет назад, – пожал плечами Старр. – Тот раз, когда меня застукали, стал пятым за это время.
– Пять партий наркотиков – и четыре из них на сумму около пяти миллионов фунтов стерлингов зараз? – изобразил удивление Корк. – То есть за пять лет вы продали наркотиков класса А на сумму более двадцати миллионов фунтов стерлингов? Неплохая сумма.
– Ну, если так говорить, то да.
– А как по-другому это сформулировать?
Старр покраснел и ничего не сказал.
– Мистер Старр, я хотел бы выяснить истинную природу вашей работы на обвиняемого. Вы занимались продажей автомобилей или еще какой-то другой, возможно, нелегальной деятельностью?
– Полагаю, можно сказать, что я был его курьером и решалой.
– Курьером и решалой?..
