— Есть! Я знаю, что старуха тебе дала три монеты! — дочь хозяина, возникшая из ниоткуда крепко схватила его за локоть. — Это мои булочки! Это мои монеты!
Милд пытался вывернуться, но она была крупнее и сильнее. Она выворачивала руку и уже шарила по его карманам.
— Это мой честный заработок! — закричал Милд. Ему удалось оттолкнуть женщину и проскользнуть под рукой у хозяина, замахнувшегося для удара. Милд смахнул со столешницы девять заработанных монет. Перепрыгнув через стойку, он выхватил тяжелую дубину, которую хозяин держал на случай пьяных разборок. Замер, не зная, что делать дальше. Сердце бешено колотилось в груди, а все, о чем он мог думать, это то, что теперь его назовут вором и вздернут на центральной площади.
— Тебе не сбежать, — громко фыркнула дочь хозяина, вставая у двери.
У Милда закружилась голова. Он был на ногах с рассвета, и не ел ничего кроме похлебки, в которой почти нет навара. Дубина же оказалась настолько тяжелой, что его мотало из стороны в сторону.
Что сказал бы дед, узнай, в какое положение попал его бестолковый внук?
Хозяин шагнул вправо. Милд проскочил слева, замахнулся на женщину, та с визгом отскочила. Дубина вылетела из рук, с грохотом ударившись о пол. Одна из досок в полу треснула. Милд толкнул дверь и бросился в темноту.
Хозяин корчмы кричал ему вслед, требуя задержать вора. Но вскоре Милд был уже далеко. Что-что а бегать он умел. Нет, не совсем он бестолков. За такую скорость дед бы похвалил.
Сколько раз Милд ходил по этим темным улочкам? Сколько раз ему вслед кричали «вор»? Ни разу еще его сердце не билось так быстро. Ни разу он не был так близко к тому, чтобы попасться. И хуже всего, что в этот раз он ни в чем не виноват! Сколько раз он убегал с украденным? А в этот раз ему пришлось бежать с законно заработанным. Отвратительно!
У него снова нет работы. Ему говорят, что он слишком мал, чтобы держать меч. Говорят, он слишком мал, чтобы ковать мечи. Но он знает, что уже слишком велик, чтобы воровать. Может, это не он мал? Может, этот город слишком мал для него? Город, в котором он знает каждый закоулок. Город, в котором знают его. Он никогда не воровал у местных, и местные его не выдавали. Но этот хрыч точно обратится к законникам, а от них справедливости не дождешься.
Продолжая убеждать себя, что иного пути нет, Милд прошел почти весь город. В такой поздний час не горело ни одно окно.
Оглядевшись по сторонам, Милд свернул во двор одного из заброшенных домов, подтянулся и залез в голубятню. Птицы ворчливо клекотали и ухали. Ему пришлось толкнуть пару слишком гордых сизарей, не желавших уходить с насиженных мест. Но иначе было не добраться до тайника. Не лучшее место для ночевки, но отличное, если нужно спрятать что-то небольшое. Мало кто готов лезть к доскам, покрытым вековым слоем птичьего помета.
Его сверток был на месте. Штаны, которые он украл почти два года назад, пришлись впору, двенадцать монет, и отцовский кинжал — вот и все его богатство.
Он незаметно спустился из голубятни и еще до рассвета покинул город.
19.08
Синяя луна — полнолуние
Красная луна — новолуние
Желтая луна — растет
Лист проснулся незадолго до рассвета от того, что свело ногу. Вдобавок и спина заболела, подсказывая, что он слишком много вертелся, теребя раны. Он проглотил несколько капель дурманящей настойки и почти сразу расслабился.
Перед глазами пронеслись события прошлого дня. Тень, ворчащий Гур, сообщение от Беллы, провидец. По телу побежали мурашки. Нет! Сегодня он не будет думать о пророчестве, или что за ерунду нес этот проходимец.
Лист покинул постоялый двор. У деревенских ворот перебросился парой слов с Хабром, стоявшим ночью на страже. Тень не спускалась.
Лист без колебаний отправил Хабра спать, днем тени обычно не появлялись.
Лист же пошел по дороге на запад.
Меньше чем через полчаса на дороге появилась всадница. Лист не смог сдержать улыбку. В ее темных волосах, едва достающих до плеч, играли солнечные лучи. Пряди разлетались по ветру и походили на языки пламени.
Она заметила Листа, прищурилась против солнца и тоже улыбнулась. Конь, повинуясь прикосновению, сбавил темп, и она спрыгнула в распахнутые объятья. Лист поцеловал её в макушку. От Беллы пахло лошадью и травами, но это ничуть не уменьшило радости встречи.
— Беллз, — с легким укором шепнул Лист — ты скакала всю ночь. Зачем?
Она отстранилась и строго посмотрела на него, словно собиралась отчитать как нашкодившего мальчишку.
— Гур сообщил мне, что ты вчера чуть не умер.
Кто бы сомневался, что маги обмениваются сообщениями.
— Почему ты одна?
— Тим просил отдыха, а искать другого сопровождающего не было времени, — она беспечно пожала плечами и прервала его попытку возразить поцелуем.
Вот всегда так, он пытается быть серьезным, а она умело его отвлекает.
Оторвавшись друг от друга, они расположились на траве у дороги. Лист прихватил с собой корзинку с фруктами. Знал, что Белла будет голодна.