Из статьи о Валерии я поняла вот что: она кого-то там разорила, кого-то, судя по всему, убрала со своего пути, не гнушаясь даже убийствами, была связана с криминальными авторитетами того времени, нахапала денег, сбежала от конкурентов из России и под старость прекрасно зажила в своем особняке, находящемся где-то в районе Майами.
Поначалу мне показалось, что все эти статьи в планшете какие-то… ну, не совсем достоверные. Собственно, это же были сведения из интернета?
Получается, Николай действительно дал мне только одну задачу – спасти Артура и тем ограничился, понимая, что уж целиком всю эту историю я не смогу переделать. А раз не смогу, то и нечего меня грузить лишними знаниями – наверное, так он думал.
Так или иначе, я теперь знала главное о Валерии – она не просто дерзкая девушка. Она – самая настоящая хищница. Одна из тех акул, что резвились в те годы, которые лишь для небольшого круга избранных стали «святыми», а остальное население от них больше потеряло, чем приобрело.
И я теперь не испытывала уже никакой симпатии к Валерии. Совсем. Ни к ней, ни тем более к Борису.
Шесть пятнадцать утра.
И уже столько солнца… Самые длинные дни, самые короткие ночи. Я вышла из дома, на ходу перетянула себе сзади над шеей низко волосы канцелярской черной резинкой, чтобы они не мешали при беге. Мне было немного не по себе, ведь я столько раз представляла этот день. Вернее, это утро.
Я оказалась на стадионе первой. Побежала по одной из дорожек вокруг пустого стадиона. Минут через пять появился Артур – он поступью Гермеса в волшебных сандалиях промчался мимо, крикнув на ходу привычное:
– Привет, спортсменка!
– Привет! – крикнула я в ответ.
Я бежала медленнее, он быстрее. На втором кругу, когда Артур находился сзади, неподалеку, я сделала вид, что подвернула ногу. Села на дорожку, держась руками за щиколотку. Через несколько секунд Артур уже был рядом. Очень легко поднял меня на руки, отнес к пустым трибунам. Посадил на доски, образующие первый ряд, склонился над моей ногой:
– Что, растяжение? Дай посмотрю. Или судорога? А я тебе сколько раз повторял – надо делать разминку перед пробежкой!
– Спасибо. Мне надо с тобой поговорить, – быстро сказала я.
– Э, да ты нарочно! Притворилась, значит? – удивился Артур. Отшатнулся. – Да ну тебя, я в такие игры не играю…
– Я знаю тайну.
– Какую еще тайну? Тьфу ты… ладно. Сиди отдыхай, мне некогда.
Он поднялся, собираясь возвратиться на беговую дорожку, но тут я сказала:
– Смотри! – И раскрыла ладонь, до того сжатую в кулак.
На ладони у меня лежал медальон с цепочкой из серого, в зеленых пятнах, потускневшего металла. Если приглядеться, то на одной стороне его были выбиты буквы, красиво сплетенные друг с другом – «В» и «А».
Лицо Артура неуловимо изменилось – выражение стало жестким, холодным. Он схватил медальон, повертел его в руках, затем нажал на выступ сбоку и раскрыл. Медальон разделился на две соединенные половинки. Внутри на каждой половинке было фото.
Фотографии пожелтели от времени, смазались, то, что было изображено на них – и не угадаешь сразу. Вернее, тех.
Только если приглядеться можно было различить на фото знакомые черты – юных Валерии и Артура.
– Как это понимать? – отрывисто спросил Артур. – Это розыгрыш… как там тебя… Алена!
– Сейчас расскажу, – попыталась я сконцентрироваться.
– Что ты мне собираешься рассказать? Этого не может быть. Похожий медальон мне подарила Валерия. Сказала, что ей изготовили эту вещь под заказ. Тоже на днях, недавно. Повесила мне его на шею. Чтобы я ее помнил… Там, на Курском вокзале, перед отправлением поезда. Ведь мы целое лето не сможем увидеться.
Артур снял с шеи еще один медальон, сел со мной рядом. На одной ладони у него лежал раскрытым совершенно новенький, блестящий медальон с четкими и свежими фотографиями влюбленной парочки, тот, что дала ему вчера Валерия, на другой – тот же самый медальон, но сорок шесть лет спустя. Старый медальон принесла я – из будущего.
– Я не понимаю смысл этого розыгрыша, – мрачно произнес Артур, все так же держа ладони раскрытыми, где на них лежали медальоны – из настоящего и будущего. – Объяснись, Алена, что все это значит. И каким образом именно ты в этом замешана?
– Это не розыгрыш, это очень серьезное дело, – сказала я. – Это тайна, которую никто не должен знать. Дай мне слово сначала, что будешь молчать. Никому не расскажешь ее, включая Валерию. И не сделаешь ничего, вообще ничего, ни одного поступка себе не позволишь, пока не узнаешь до конца всю эту историю.
Артур некоторое время молчал, сжав губы. Пристально разглядывал медальоны, сравнивал их и те фотографии, что прятались внутри. Потом вдруг покачал головой, усмехнулся. Он как будто сам с собой в этот момент, внутри себя, спорил! Интересно, он догадался? Ведь Артур в этот момент, как понимаю, работал над машиной времени. Что-то такое должно было ему прийти в голову о времени…
– Хорошо, – бесстрастно произнес он. – Я даю тебе слово.
