Не осталось никаких причин откладывать произнесение заклинания, дабы отменить магию Чародея и осуществить его пророчество. Прямиком из кресла в библиотеке Озара она вернулась к Стоумам. После того как Всемудр подумал, они решили, что лучшего места для произнесения заклинания, чем замок Мармагона, им не найти. В замке уже давно никого не было, а отдалённость его от других городов позволяла надеяться, что даже если что-то пойдёт не так, никто не пострадает. К тому же его труднодоступность, что и сделала его почти заброшенным, до того как его занял Мармагон, давала шанс осуществить всё как можно более незаметно.
Собрав уже давно подготовленные ингредиенты и само заклинание, Лаэрта перенеслась в замок Мармагона, где её встретил уже изрядно заскучавший Искрен. Он в одиночестве находился в замке с момента его захвата, совершая редкие недолгие вылазки домой. Но с задачей охраны Мармагона он справился отлично: тот никуда не делся и всё так же ожидал своей участи в темнице, где некогда провела не один месяц Лаэрта.
– Скажи, что ты пришла убить Мармагона и мне не придётся здесь больше сидеть, – едва завидев её, с серьёзностью, большей, чем он сам ожидал, взмолился Искрен.
Лаэрта, как всегда запоздало, почувствовала приступ вины. Она совсем не думала о том, что оставила его здесь в одиночестве, пока с удовольствием проводила время в Дэнэбе.
– Нет, но тебя всё равно порадуют мои новости, – с неловкой извиняющейся улыбкой заметила она.
– Я в нетерпении!
– У меня есть всё для отмены заклинания Чародея, так что тебе больше не придётся здесь торчать. Более того, вы, Стоумы, и ты в особенности, можете забыть обо мне как о страшном сне.
Искрен недоверчиво хмыкнул, они не так много времени провели вместе, но столько всего успели сделать за этот небольшой промежуток времени, отчего казалось, что они знакомы целую вечность. И теперь слабо верилось, что она так просто оставит их в покое.
Лаэрта закатила глаза и добродушно проворчала:
– Обещаю, что постараюсь больше не обращаться к вам за помощью.
Они многое решили заранее, так что, едва Искрен привёл находившегося здесь же в заключении Мармагона, Лаэрта поняла, что готова. Было немного страшно, что их трудный длинный путь наконец завершается, но это был приятный страх.
Они обосновались в небольшом зале на третьем этаже, потому как разрушенный четвёртый этаж никому не пришло в голову отремонтировать, хотя это и было делом одного сказанного вслух предложения. Искрен помог ей сложить на стол, что стоял в центре зала, все ингредиенты в порядке их добавления, так чтобы ей было проще составить заклинание. Затем Лаэрта поочерёдно выложила все звёзды, что они собрали.
– Теперь оставь меня, – отослала она Искрена, и он, и, не подумав с ней спорить, отправился домой: это было её пророчество, и сделать всё ей предстояло самой, их помощь на этом заканчивалась.
А Лаэрта поочерёдно провела рукой по каждой звезде, вспоминая, как они оказались у неё. Кроваво-красный рубин из перстня Стоумов. Жемчужина из диадемы Белавы Русак, что, сама не зная того, помогла ей заполучить её. Огненный опал, что Лаэрта украла из броши Ланы Тарпан, пока Искрен забалтывал её. Алмаз из браслета Миловеи Вепрь, что по её приказу украл Мрак. Аметист, что неожиданно для них оказался на эфесе шпаги Говена Ломыги. И изумруд из барм Хортов, что достался ей легче других. Не хватало только янтаря с кулона Лесьяра Урма.
Лаэрта сняла с шеи цепочку и, положив кулон к остальным звёздам, пожелала, чтоб на его месте появился новый камень той же формы. Девушка с удовольствием воспользовалась тем, что её желания мгновенно сбываются, и избавила себя ещё от одного долга. Она пожелала, чтоб кулон вернулся к Руде Урма, поскольку Радиму он никогда и не принадлежал, а Лесьяр слишком легко и необдуманно с ним расстался, утратив тем самым право быть его владельцем.
Вновь взглянув на лежащие перед ней звёзды, она немного переложила их так, что они выстроились в ряд: красный рубин, оранжевый опал, желтый янтарь, зелёный изумруд, голубая жемчужина, синий алмаз, фиолетовый аметист. Лаэрта даже рассмеялась: как это было похоже на Чародея, он оставил подсказки всеми возможными способами в надежде, что будущий носитель звезды поймёт хоть какие-то из них. Но для Лаэрты большинство из них – как об стенку горох – то, что звёзды были обращены в камни всех цветов радуги, она поняла только сейчас.
Звезда Мармагона выглядела как обычная чёрная галька, а её звезда походила на сероватую речную жемчужину. Удовлетворённо оглядев все девять выложенных в ряд звезд, Лаэрта вновь пробежалась глазами по заклинанию.
