— Ну да. Просто «громо» звучит как-то благозвучнее.
— Добрая была охота…
И они двинулись дальше, но не прошли и десятка метров, как их сграбастали мощные зеленые побеги, вылетевшие из листвы, образующей стены Лабиринта, едва они приблизились к ней.
Для Гарри это было не в новинку — еще на первом курсе такое «проходили»: он просто расслабился и выскользнул из них, но не успел скомандовать «Люмос», как услышал смех Флер.
— Дьявольские силки! — взвизгнула от счастья мисс Делакур, пригребая к себе еще несколько стеблей-щупалец и крепко прижимая их к груди, как дорогих родственников. — Вас-то мне и надо!
После ее жарких объятий растения обмякли и уже не сопротивлялись художественной обрезке.
Ее проводил Седрик. У мадам Стебль он успел поинтересоваться, как правильно и без особого ущерба для данного растения его размножают и какие части стоит брать в качестве ингредиентов. Бездонные сумки еще немного пополнились. Флер засунула за ухо тонкий зеленый росток и довольно улыбнулась.
Растение же едва не подмурлыкивало, когда Диггори и Делакур ласково, словно пряди волос, перебирали его побеги, выбирая нужное и отрезая это специальными ножницами. Инструментам Флер, похоже, цены не было. Гарри с Виктором осталось только сортировать и упаковывать.
— Ну что, больше вроде ничего нет, — Седрик критически осмотрел последний побег. — Как-то их маловато.
— Ничего, вырастишь, — успокоил его Гарри. — Это еще кто тут у нас хомяк! Будь же скромнее, Диггори!
— Кажется, мы сегодня каждый на полный приз заработаем, — предположил Крам. — Если все это продать, но не сразу, и не все в Англии, то…
— Может, на это и рассчитывали?
— Ну да, сейчас.
— Но мы же шанса не упустим, верно?
Риторический вопрос Гарри был встречен тремя хищными улыбками. И вот завязочки завязаны, замочки защелкнуты и наши чемпионы не спеша двинулись дальше.
* * *
Парочка гриффиндорцев, одетых в стиле коммандос, не торопясь продвигалась по Лабиринту. Перенес их сюда, конечно, Добби — сила темная, страшная и до сих пор совершенно напрасно не обезвреженная. Но иногда весьма полезная, что уж.
Что характерно, Кубок они увидели уже за вторым поворотом.
— Вот это номер! — вытаращил глаза Рон. — И на фига нам сейчас эта чашка? Хотя… Золотая или позолоченная, как ты думаешь?
— Нам она вообще не сдалась, Рон Уизли, — ответила Гермиона с интонацией МакГонагалл. — Нас тут вообще нет, если ты помнишь. И цели у нас совсем другие. Пособираем немного и уйдем.
Рон засопел. Он все еще не мог отвести глаз от Кубка.
— Да, точно. Вон же, смотри, на нем руны. Ага, это сигнал!
— Даже близко не подходи, — нахмурилась Гермиона.
— И не собирался. А вообще у нас обоих защита — зря я готовился, что ли?
— Уходим отсюда, — она потянула его за рукав.
Рон со вздохом взглянул на Кубок и последовал за подругой.
Плутали они довольно долго, то и дело выходя к Кубку, словно он их приманивал, так что Рон уже злиться начинал, когда видел сияющую чашу.
Наконец им удалось оторваться от "зоны притяжения" Кубка.
Но радовались этому недолго: они влипли. В прямом смысле слова. Ногами.
— Это что еще за?.. — удивился Рон, глядя, как толстая зеленоватая плесень, в которой то тут, то там появляются круглые глазки ярко-незабудочного цвета, медленно перетекает через его ботинки, намертво приклеивая обе ноги. — Фу, — он сморщил нос от гнилостного запаха. Правый ботинок подмигнул ему и уставился незамутненным взором куда-то вдаль.
— Бундимуны, — буднично определила Гермиона, доставая палочку. — Надо же, как колония-то разрослась! В списке, что Гарри показывал, всего десяток был. Мы влипли. Но ничего страшного, просто почистимся. То есть они нас почистят, они же питаются грязью. Запашок, конечно, так себе, но бывает и хуже.
— Главное, чтобы они не приняли за грязь нас или нашу одежду.
— Не примут. Они поглощают мельчайшие частицы — пыль, грязь, ил… Дробить и жевать им нечем, не беспокойся.
— И долго теперь так стоять? Руны им до факела. О, а если прижечь?
— Сгорят, а остальные разбегутся. Надо их испугать, у них очень ценные выделения. Не мешай, пожалуйста, а то я не могу сосредоточиться.
— После этой чистки вонять мы будем, как они?
— Нет, запах быстро улетучивается.
— Тогда ладно. Как-то помочь?
— Постоять спокойно и молча пару минут, — Гермиона посмотрела укоризненно. — Справишься?
Рон фыркнул, но ничего не сказал.
Когда Гермиона с третьей попытки наколдовала приличную иллюзию ядовитой улитки, ковер странной плесени приподнялся, распался на кусочки, каждый из которых быстро-быстро перебирал тонюсенькими ножками, и самоликвидировался. Точнее, разбежался в разные стороны. Рон был уверен, что не забудет этого зрелища. Под ногами остались только какие-то небольшие прозрачные шарики того же цвета, что и плесень.
— Надо эти выделения собрать, — Гермиона достала какой-то пакет. — Они полезные. Для чистящего средства и не только. Еще их используют для приготовления волшебного искристого порошка. Ну, который Локхарт рекламировал.
— Это что, это их говно? С перепуга оставили?
— Что-то вроде того…
