– Вообще то мне ясно, как идти, – сказал Дмитрий, активируя систему подгонки снаряжения, которая размещала его наиболее эргономично с учетом физиологических особенностей строения тела каждого конкретного человека. При этом он сознательно отключил входящие в состав экзоскелета комбинезона специально сконструированные наномашины-усилители, которые в обычном режиме увеличивали силу движений в два раза, а в пиковом – на 300%. А вмонтированные в комбез системы жизнеобеспечения, основанные на НЭМС24-акселерометрах, обеспечивали ответные реакции костюма в случае, если распределенные по всей поверхности костюма детекторы определяли наличие кровотечения или травм от удара. А сама ткань из нановолокна из полиуритана диаметром около 100 нм, структурно похожего на обычную паутину, только гибче, легче и жестче настоящей, в сочетании с и все теми же НЭМС-акселерометрами, позволяла детектировать удар о комбинезон стрелы, камня или даже пули настолько быстро, что успевал включиться экзоскелет костюма, а также встроенные в него энергопоглощающие полимеры на основе жидких кристаллов и наногели, распределяющие удар и препятствующие повреждению тела одетого к такой комбинезон человека25. Но Дмитрий решил, что, не смотря на то, что сила тяжести и давление атмосферы на планете были существенно больше привычных, он будет приспосабливаться к этой планете за счет собственных ресурсов своего организма. И поэтому включил в комбинезоне лишь функции подгонки по фигуре и навигации. Последние пока не работали, но он ощущал, что это временно и потом они включатся.
– Я не уверен, что все мои образы были достаточно точными, – сказал этнограф, также подгоняя свой походный комплект. – Да и местность здешнюю, и живность я знаю. Так что лучше уж буду проводником. Мне самому так спокойней будет. Да и вообще люблю я по здешним джунглям ходить. Разве с флайера ощутишь, как местные живут. А я этнограф, как никак.
– Ну а я с ними, – упрямо заявила девушка, что – то проверяя в своем ранце.
– Кать, тебе лучше остаться, – предложил Дмитрий. – Три дня все – таки.
– Нет, я с вами! А Саша, раз уж он ни в какие ритуалы не верит, пусть один здесь загорает! Может хоть флайер починит. Все какая – то польза будет.
– Не, вы, во – первых, очень добрые – конечно, чего там беспокоиться обо мне – я уж как – нибудь один в глухом лесу, с разбитым флаером, без энергии и связи легко продержусь. А во – вторых, очень глупые – зачем три дня тащиться пешком по потенциально опасной местности, когда можно подождать полтора – два часа, пока прибудет спасательная группа или пока я починю флайер.
– А ты уверен, что едва мы взлетим, не повториться атака «стрекозоидов» и что нас так быстро обнаружат? – фыркнула Катя.
– Уверен на все сто. Но даже если я ошибаюсь, на мой взгляд, этот риск меньше того, которому вы собираетесь себя подвергнуть, отправляясь пешком через джунгли этой планеты. К тому же роботы – ремонтники уцелели и поломка, в принципе, не очень серьезная. Просто пара этих тварей повредила обмотку внешнего контура в двигателе. Ремробы это устранят часа за два, а наногель за это же время зарастит все дыры, полученные как от этих стрекозоидов, так и при посадке. Заодно за это время и энергонакопители подзарядятся. И сможем лететь. Да и спасатели к этому времени уже, глядишь, прибудут. И что я им скажу?
– А ты им скажи правду, – задумчиво сказал Дмитрий. – Мне действительно полезно «включиться» в местную природу перед общением со здешними индейцами. А ты с Паганелем и Катей, когда починишь наш флайер или прибудут спасатели, найдете меня по маяку.
– Но они же сейчас отказали, как и система связи, и навигации.
– Мне кажется, мы попали в зону какой – то местной аномалии. Причем блуждающей или возникающей время от времени и поэтому через некоторое время или на удалении от этого места все заработает.
– Ну а если не заработает?
– Тогда Катя сможет найти меня по мысленному сигналу, который я буду посылать каждые 15 минут.
И добавил, обращаясь уже к девушке:
– Кстати, вот почему еще тебе лучше остаться. Будешь нашей с Паганелем «палочкой – выручалочкой», если что не так пойдет.
– А если она в здешних условиях эти сигналы уловить не сможет? – усомнился Трофимов.
– Тогда используете детекторы массы и биоизлучений. Уж мой – то спектр от всей местной живности будет явно отличаться.
– А если здесь и на эти системы будут помехи наводиться?
– Ну ты и зануда, Саш, – улыбнулся Дмитрий. – Тогда встретимся в селении местных индейцев. Да не волнуйся ты – ориентируюсь я очень хорошо и съесть себя так вот запросто тоже не дам.
– Ага, а если на нас здесь зверье какое нападет, – проворчал Трофимов. – А тебя с твоими способами договариваться или отпугивать не будет. Из ИРа зверушек лупить, что ли?
– Ты не бойся, – сказал ему в ответ этнограф, – животные здесь редко нападают на людей. Стрекозы на земле не опасны, они больше в воздухе агрессивны. Да и то в последнее время. Но если вдруг пума начнет любопытничать или медведь придет, вот тебе амулет – он поможет.
