Германия, Австрия и Италия заключили союз, направленный против Франции. Государства эти старались уверить всех, что созданная ими политическая комбинация исключительно преследует миролюбивые стремления. Казалось, как будто без тройственного союза Франция в один прекрасный день нагрянула бы сначала на Германию, затем на Австрию и, наконец, на Италию, ту самую Италию, которой Франция же помогла освободиться от австрийцев.
Итак, тройственный союз не имел другой цели, кроме поддержания мира. К сожалению, чем больше убеждал названный союз в миролюбии своих стремлений, тем меньше ему верили. Когда трое сговариваются против одного, то всегда представляется громадный соблазн воспользоваться подобным преимуществом, тем более тогда, когда каждый день вооруженного мира приближается к полному разорению. Таким образом, Европа находилась под вечным страхом войны, которая, при современном состоянии оружия, была бы ужасною.
Тогда-то по знаку Императора Александра III Россия встала рядом с Францией и сказала троим: “Нас двое!”
А так как эти двое стоили троих, то Европа получила возможность вздохнуть свободною грудью.
Горе России будет также горем не только Франции, но и всех тех, кто не желает ужасной войны, кто не мечтает обратить Европу в груду костей.
Но особенно будет потрясена Франция кончиною Императора Александра III, великодушно объявившего Себя другом Франции. Никогда Франция не забудет, что Русский Император, стоя и с непокрытою головою, выслушал марсельезу, а затем посетил два французских судна, а также не забудет Франция и всех остальных знаков благоволения, заставивших призадуматься наших врагов.
Поклонимся же, в порыве беспредельного уважения и благодарности, великому другу, оставляющему этот мир. Но и в горе будем спокойны. Будем жалеть о прошлом, не смущаясь перед будущим.
Прием, оказанный французским морякам в Кронштадте и Петербурге, а затем пребывание русских моряков в Тулоне и Париже доказали миру силу взаимных симпатий, связывающих обе нации.
В 1875 году Бисмарк, раздраженный тою быстротою, с какою мы уплатили всю сумму военной контрибуции, а также и нашей энергией в деле восстановления армии, пытался объявить нам войну, чтобы не дать нам возможности окончательно встать на ноги. Тогда французское правительство получило от одного “из главных лиц Европы” два письма, из которых одно гласило: “Вам будет весною сделан вызов”, другое же заключало в себе следующее предостережение: “Планы переменились – война отложена до сентября”.
Наш посол при Русском Императорском Дворе, генерал Ле-Фло сообщил об этих письмах Императору Александру II. Его Величество сказал генералу: “Будьте уверены во мне. Общие интересы связывают обе наши страны”.
Будем терпеливы. Взаимные отношения, в основе которых лежат чувства симпатии и общность интересов, не могут быть не прочны».
«В 1875 году Германия, убедившись, что мы еще не совсем добиты и что она только ранила нас, стала мечтать о том, чтобы окончательно убить нас.
“Весною вы будете атакованы”, – писало нашему правительству лицо, хорошо осведомленное в делах международной политики. Наш посол в Петербурге сообщил об этом предупреждении князю Горчакову, а затем Императору Александру II, причем Его Величество сказал:
“Вы знаете, как расположен я к вам лично; я вполне доверяю вам, доверьтесь же и вы мне. Наши страны связывают общие интересы, и, если вам будет угрожать серьезная опасность, вы узнаете об этом от Меня”.
По поводу этих милостивых слов Императора Александра II бывший в то время министром иностранных дел герцог Деказ писал генералу Ле-Фло:
“Его Величество милостиво удостоил сказать вам, что Франция будет предупреждена на случай опасности, и что предупреждение это будет сделано со стороны Императора. Мы безусловно вверяемся попечению Его Величества. Даже в том случае, если Император и Сам не будет осведомлен об опасности, нам угрожающей, то и тогда нам нечего будет беспокоиться; Император сумеет достойно наказать обманувших Его доверие”.
Эта телеграмма сопровождалась документами, касающимися военных планов Германии.
Поручение, которое герцог Деказ дал генералу Ле-Фло, было из самых щекотливых. Каким образом дать понять Императору, что Он может быть обманут и что в таком случае Франция рассчитывает на вооруженную помощь России.
Генерал Ле-Фло сообщил о своем затруднении князю Горчакову. Князь лежал в креслах, после ушиба, полученного во время падения из экипажа. Но когда генерал Ле-Фло сообщил канцлеру содержание полученных им документов, князь Горчаков вскочил на ноги, сказав:
“Теперь не время подыскивать выражения. Необходимо, чтобы Император знал всю правду, а документы, подобные этим, лучше всего выяснят действительное положение вещей. Поверьте, я хорошо знаю Императора – Он оценит ваш поступок, Вы можете сказать ему многое”.
И тут же князь написал следующее:
