Не так давно, – рассказывает один из друзей парижского корреспондента газеты Times, – при Русском Дворе был поднят вопрос о том, с каким названием перейдет Император Александр III в историю. Один из придворных назвал Александра «Справедливым». «Нет, – возразил Александр III, – Я был и буду
В этих словах есть черты, вполне соответствующие характеру Императора Александра III. Почивший Монарх Самодержец особенное внимание уделял положению быта крестьян и в продолжение всего царствования не переставал заботиться о них.
Большинство крестьян не успело еще выполнить своих обязательств по отношению к своим владельцам. Император пришел к ним на помощь и 9 января 1882 года издал Указ, радикально изменивший положение крестьян. Гораздо труднее было положить конец заблуждениям крестьян относительно истинных намерений Императора. Крестьяне поверили распространившимся среди них слухам о том, что Император намерен раздать крестьянам все помещичьи земли в наказание за то, что дворяне будто бы были самыми главными виновниками ужасной кончины Императора Александра II. По совету Игнатьева, Император собрал со всех концов России шесть тысяч человек крестьян и предложил обед, на котором лично присутствовал. Император объявил крестьянам, что он не желает, да и не может делить земли, но что Он не преминет оказать крестьянству финансовую поддержку.
Доктор С. Ратфельд, в одном из фельетонов, помещенных на страницах Pest. Lloyd, между прочим, делает предположение, что крестьяне, вернувшиеся в свои деревни после Императорского обеда и возвестившие своим односельчанам печальную весть о том, что земельный раздел не будет произведен, были приняты в деревнях как изменники. Ратфельд до некоторой степени прав; несбывшиеся, в сущности, ни на чем не основанные мечты крестьян послужили поводом к неоднократным нарушениям порядка среди населения Империи. Но и тут, благодаря в высшей степени добросовестному и внимательному отношению к делу, Император совершил немалый подвиг в смысле умиротворения умов. По Его инициативе в сельском хозяйстве были введены новые системы, точно так же усовершенствовано было и виноделие, особенно в Его собственных имениях. Царь особенно любил крымские вина. Образцовым управлением собственными Его Величества и государственными имениями, при Императоре Александре II не приносившими ровно никаких доходов, были достигнуты великолепные результаты. Доходы, поступавшие с названных имений, раздавались неимущим классам, а в 1888 году, кроме денежных пособий, были розданы земли 190 000 семействам. Точно так же Император не оставил без поддержки и дворянство. Почивший Монарх принимал очень близко к сердцу интересы сельского хозяйства; особенно сильно сказались Его заботы в этом направлении в голодный 1891 год. 28 июля 1891 года Императорским Указом был запрещен вывоз из России за границу ржи и муки. Позднее, при содействии ныне благополучно царствующего Императора Николая Александровича, почивший Монарх оказал еще более существенную помощь населению, пострадавшему от неурожая. В деле таможенной войны с Германией Император Александр III выказал поразительную энергию и стойкость, благодаря чему русские землевладельцы сохранили за собою прежние места сбыта сельскохозяйственных произведений. С такою же энергией и последовательностью старался Он поднять и национальную русскую промышленность.
Не будучи в состоянии отрицать великое значение блестящих результатов, достигнутых покойным Императором, враги Его политики говорят, что он лишил крестьян всякой свободы. – Упрек совершенно несправедливый. Если Император Александр III и увеличил правительственную опеку над бытом крестьянина, то, во-первых, потому, что этот самый крестьянин заявил себя совершенно неспособным разумно распоряжаться дарованною ему Императором Александром II свободою, а во-вторых, сделал он это вследствие глубокого убеждения в том, что спасение России заключается в самодержавии. Как убежденный Самодержец, Император Александр III стремился сосредоточить в Своих державных руках все отрасли государственной администрации. Это стремление к утверждению абсолютной власти характернее всего сказалось в последнем Указе почившего Монарха, от 28 мая 1894 года, в силу которого министры были лишены права по собственному произволу назначать и увольнять чиновников.