Осуществление ее оказалось нелегким; с одной стороны, жизнь успела многое спутать и запутать в деревенском быту; с другой стороны, сверху, в сфере государственных людей, по неизбежным законам инерции, слишком живучи и упрямы были те либеральные доктрины прошлого, которые в обособлении и в преувеличении судебной власти видели миражный прогресс России, а в усилении администрации – что-то ему противоречащее, а потому все, чем бюрократическо-либеральный элемент мог усложнить и ослабить простую законодательную задачу, было им сделано, и проект учреждения земских начальников предстал в государственный совет на рассмотрение далеко не в том виде, в каком он был предположен вначале, в точное исполнение Государевой воли. Видоизмененный еще в государственном совете, он представлен был на утверждение Государя, и тут Государь проявил ясно Свою личность Самодержавного Хозяина и вождя России. То, чего давно не бывало, случилось: Государь утвердил проект, но повелел изменить в нем то, что было в виде компромиссов с известными доктринами прибавлено к первоначальному проекту и что, вместо порядка, грозило ввести еще большую путаницу. Он повелел немедленно упразднить сохраненное по проекту учреждение мировых судей в провинции и всю судебную часть разделить между окружным судом, земскими начальниками и волостными судами.
Это Высочайшее повеление, объявленное к исполнению государственному совету, дало тон всей эпохи на будущее время и указало каждому, что компромиссов с доктринами там, где речь идет об утверждении порядка и власти для обеспечения народного благосостояния, Государь не допускает.
В этом духе предприняты были дальнейшие внутренние реформы. Начатые графом Толстым следующие реформы земского и городового положений продолжены были после смерти преемником его Н.И. Дурново. Обе имели ясную определенную цель: определенно подчинить эти учреждения правительственному авторитету и практичнее поставить их на почву прямого удовлетворения хозяйственных нужд уезда и города. Без сомнения, как всякое человеческое дело, каждая из этих реформ имела свои недостатки, но с введением их одно стало несомненным: исчезновение во внутренней жизни того абстрактного и мозгового мира либеральных доктрин и увлечений, который сбивал многих с толку, мешал практическому делу и отклонял деятелей от главной своей задачи: печься о благосостоянии вверенных каждому людей. С достижением этой цели всем стало легче жить; все поняли, что всякая служба есть государственная и правительственная, за которую надо отвечать, как поняли все, что права личные, имущественные, и всякое движение к благосостоянию, и всякий труд могут быть охраняемы не либеральным расшатыванием, а только укреплением правительственной власти.
Но укрепляя и приближая к жизни все внутренние учреждения государства, сообразно тем благим целям, которыми руководствовался Его Отец, творя Свои реформы, Государь Александр III ясно осознавал в то же время государственное значение для жизни своего земельного дворянства, связанного с народом теми же заветами и теми же трудами. И вот через все Его царствование проходит след непрестанных забот о возвышении дворянской службы, о привлечении дворян служить Отечеству на его земле и об улучшении его, потрясенного крестьянскою реформою экономического положения. С метким взглядом на действительную жизнь, Государь призывает уездных предводителей дворянства быть руководителями народной жизни, их же Он дает указание назначать в губернаторы, их же Он ставит в самое близкое и постоянное отношение к губернаторской власти, и все это именно с целью возвышения того дворянского авторитета, который может быть добыт только службою на месте, на земле, и затем, как сказано выше, Государь не перестает заботиться о том, чтобы все возможное было сделано для облегчения дворянству его тяжелых условий материального быта.
