– Уцелевшие бегут с острова. Они садятся в лодки на пристанях, – сказал Лиф. – Какие будут распоряжения для конструкций?
– Пусть бегут. – Нисонг уже утолила жажду насилия. – Кто-то должен сообщить жителям Луангона, что мы идем и пощады им не будет. Они увидят дым от погребальных костров, но вряд ли поймут, что это означает.
Теперь надо было сконцентрироваться на дальнейших действиях.
– Корал, пусть колченогие стащат тела во внутренний двор губернаторского дворца. Лиф, прикажи зверью согнать и охранять выживших. Нам надо пополнить запас осколков.
Корал отправилась выполнять поручение, а Нисонг пошла следом за Лифом на городские улицы. Ей удалось до пожара раздобыть в одной лавке опиум. Приняв опиумную настойку, люди хотя бы не будут дергаться и рыдать, пока у них вырезают осколки. Так будет легче для всех.
Нисонг боковым зрением наблюдала, как Корал командует колченогими. Подчинялись не все. Нисонг приказала им подчиняться Лифу и Корал, но устные команды были не такие долговечные, как те, что вырезаны на осколках. Позднее надо будет подтвердить команду, на данный момент у них просто не было лишних осколков.
Несколько ее конструкций нуждались в починке – осколки переставали работать, когда умирали люди, которым они когда-то принадлежали.
Они не могли убить всех людей Империи, а сами остаться в живых, поэтому людей надо было ослабить, подавить и подчинить.
Улицы были мощеные, и Нисонг не раз приходилось затаптывать раскаленные угли, чтобы от них не загорелись края штанин. Дым разъедал глаза, она еле сдерживалась, чтобы не закашляться. Лиф послал зверье собирать выживших людей, которые толпились в переулках или просто стояли и смотрели выпученными глазами на то, что осталось от их домов.
– Сегодня вечером начнем Праздник десятины, – сказала Нисонг. – Чем быстрее соберем армию, тем быстрее захватим Луангон и сделаем его нашим плацдармом. Оттуда мы сможем…
Раздался громкий треск, а за ним приглушенный грохот.
Земля под ногами вздрогнула. Весь город притих. Лиф схватил Нисонг за руку:
– Что это?
Нисонг смотрела в его черные глаза на побелевшем лице и не знала, что ответить. Она только дважды в жизни испытала нечто подобное. Первый раз это было землетрясение вскоре после ее прибытия на Императорский остров. Второй – на Маиле, когда весь мир словно сдвинулся с оси и туман, скрывавший ее сознание, испарился.
А сейчас даже зверье бросило выполнять свою работу, люди, которых они сгоняли, начали вертеть головами, словно ждали, что на них вот-вот обрушится небо.
Но небо не обрушилось, больше ничего не случилось.
Напрягшиеся мышцы Нисонг расслабились, сердце забилось спокойнее. Она посмотрела в сторону Луангона. В нескольких местах от острова к небу поднимались клубы дыма.
– Это не здесь, – сказала Нисонг, и сердце снова учащенно заколотилось в груди. – Это на Луангоне.
А там была Грасс.
Нисонг бежала, шлепанцы хлопали по брусчатке, на шее при каждом шаге, позвякивая, бились друг о друга бусы. Она не сразу поняла, куда бежит. К пристаням.
– Нисонг! – закричал ей в спину Лиф. – Нам…
Ветер унес его слова. Теперь это было не важно. Важно было добраться до Грасс и вернуть ее с Луангона.
Нисонг помнила, как Грасс на Маиле, когда ее сознание еще было окутано туманом, с отсутствующим видом сортировала продукты. Нисонг разогнала этот туман, и Грасс оказалась женщиной со сдержанным чувством юмора, с крепкими надежными руками и ясной головой.
Нисонг теряла их одного за другим.
Только не Грасс.
– Подожди! – закричал Лиф.
Она слышала его тяжелые шаги у себя за спиной. Сейчас не время ждать!
Нисонг видела, как остров снова тряхнуло, и только потом до нее долетел звук, похожий на далекие раскаты грома. Где-то поблизости рухнули обугленные стены сгоревшего дома. В воздух взметнулись снопы искр и раскаленных углей.
Она не раз слышала, как перешептывались захваченные ими люди. Они говорили, что Голова Оленя затонула в Бескрайнем море. Она тогда подумала, что это все выдумки. В своих воспоминаниях она бывала на Голове Оленя. Это был огромный остров. Утонул? Его больше нет? Это было непостижимо.
Но сейчас она жила в подернутом дымом и подсвеченном пламенем ночном кошмаре.
Возле пристаней Нисонг сбавила шаг, и Лиф наконец ее нагнал.
– Вон та. – Он указал на пришвартованную к пристани лодку. – Маленькая, но быстрая.
Нисонг почти ничего не знала о хождении под парусом и поэтому без разговоров последовала за Лифом. Он отвязал канат, и они запрыгнули в лодку.
Лодка слегка покачнулась.
Нисонг не отрывала глаз от Луангона и сидела, наклонившись в его сторону, как будто так могла заставить лодку плыть быстрее. Лиф метался по палубе, но она не обращала внимания на то, чем он был занят. Ветер наполнил паруса, и они, маневрируя между другими лодками, вышли в Бескрайнее море.
Снова раздался грохот – на этот раз громче. Над зданиями столицы Луангона поднимались клубы из дыма и пыли.
Нисонг представила, каково там приходится Грасс. Вокруг рушатся дома, кричат люди, глаза, нос и рот забивает пыль.
– Как мы будем ее искать? – крикнул Лиф.
