Я поняла, что без боя он меня к воротам не пропустит. Оценила обстановку.
Ворота уже близко, и там идет ожесточенный бой. Можно направить Трану в обход Рагана, но тогда нам придется идти по краю плато через кустарник. Мы застрянем, Раган нас нагонит и атакует со спины. Он владеет силой Аланги, и мне придется с ним сразиться.
Раган собрал струи дождя и поднял волну у себя за спиной.
У меня больше не осталось ягод можжевельника, чтобы набраться сил. Все, что у меня было, – это подаренный Нумином резец и бесполезный в моем случае меч за спиной.
И Трана.
Я понимала, что Раган хотел разоблачить меня перед солдатами. Кости у меня гудели, но я подавляла в себе эту силу.
Открыла рот и не нашла что сказать.
Раган посмотрел на меня исподлобья и обрушил на нас с Траной стену воды. Трана едва успела вцепиться когтями в землю. Меня отбросило назад, но я крепко держалась за ее шерсть.
Раган хотел сбросить нас с холма.
Что я могла ему противопоставить?
Волна прокатилась дальше. Мы с Траной не отступили ни на шаг.
А Раган рассмеялся.
– И на это ты решил тратить свою силу? – крикнула я.
– Лучше так, чем притворяться, будто у меня ее нет, – сказал он и топнул ногой.
Земля под лапами Траны, как вода, пошла рябью, и в следующее мгновение Раган оказался прямо передо мной.
Он взмахнул мечом, Трана отскочила в сторону, но клинок все-таки задел нас обеих. Меня он полоснул по бедру, Трану – по боку. Раны на нас заживали быстро, но не так быстро, как хотелось бы. Трана не успела даже огрызнуться, а Раган уже нанес следующий удар.
Морской змей в это время уже ворвался во двор губернаторского дворца и пытался достать лучников на стенах и простых людей, которые искали любую щель, где можно было от него укрыться.
Мы проиграем эту битву. Я потеряю Империю.
У меня сжалось сердце. Я так и так ее потеряю.
Если разоблачу себя и все узнают, что я из Аланги, люди Империи отвернутся от меня. Если ничего не предприму, все эти люди погибнут. Но я так долго и упорно работала, чтобы стать императором и получить возможность все изменить к лучшему.
В который раз я вспомнила перепачканный в крови бумажный журавлик на моем столе. Вспомнила улыбку маленькой девочки и сильные, добрые руки кузнеца. Вспомнила слова клятвы, которые повторял за мной Йовис. «Призван не командовать, а служить». У каждого, кто погибал в этот момент, была семья или близкие люди.
Дело не во мне и не в том, к чему я так стремилась.
И я отпустила силу, которая гудела в моих костях. Она наполнила меня всю, и я почувствовала себя по-настоящему живой.
Собрала воду в хлысты и начала хлестать Рагана по лицу. Собрала еще и возвела стену между собой и монахом.
Но он смеялся, уклоняясь от моих ударов. Я направила на него стену воды. Он одним взмахом руки отвел ее в сторону, и она обрушилась на солдат и конструкций.
Но в этот момент я успела почувствовать, как его воля столкнулась с моей, и, не знаю уж как, поняла, что я сильнее.
Я могу сразиться с ним один на один. Я справлюсь.
Соскользнула с Траны на землю и спрятала резец обратно в кошелек на поясе. Сила, которую я скрывала, ждала, когда я наконец ее использую. Надо было как можно быстрее убрать Рагана с дороги.
Он поднял меч, а я собрала из дождя еще две волны.
Трана встала между нами и оскалила зубы. Вибрация от ее рычания совпадала с вибрацией в моих костях.
Раган попытался нанести удар мечом, но Трана зацепила его когтями за плащ и толкнула плечом, а я обрушила ему на голову волны собранной воды. Раган попытался закрыть ладонью рот и нос. Земля зачавкала у него под ногами.
Но мои усилия не выбили его из колеи.
Да, моя воля была такой же сильной, как его воля, но он был опытнее меня. Я год за годом перечитывала книги в библиотеке отца, чтобы овладеть магией осколков костей, но о магии Аланги я почти ничего не знала. И у меня не было времени, чтобы хоть как-то использовать ее на практике.
Снова я топнула ногой, при этом очень старалась направить толчки в сторону Рагана. Попасть получилось, но толчки вышли слабыми.
Раган ухмыльнулся и ответил.
Тут мне, чтобы устоять на ногах, пришлось схватиться за Трану. Когда я ее отпустила, у меня вся ладонь была в крови.
Сколько же ударов она приняла на себя?
– Трана, встань ко мне за спину, – сказала я, – ты и так уже много сделала.
Она не сдвинулась с места. Тогда я обошла ее и встала впереди.
– Теперь они знают, кто ты, – сказал Раган. – Ты еще хочешь здесь остаться? Будешь продолжать их защищать? Зачем драться со мной, если можно ко мне присоединиться? Пусть конструкции и смертные дерутся между собой. Они ведь выступят против тебя, как только эта битва закончится.
– Ты хочешь, чтобы я последовала за тобой. Хочешь стать лидером Аланги. Какой ценой? Ценой жизни всех этих людей?
– Лучше они, чем мы. Зачем рисковать жизнью в этом столкновении?
Раган был именно тем представителем Аланги, которых всегда так боялся мой отец. Ему было плевать на людей, даже если каждый его следующий шаг сулил им смерть.
