Император Наполеон полностью

Ещё через три дня у Бриенна (где Наполеон когда-то учился и теперь очень хотел победить) он взял верх над двумя — русским и прусским — корпусами Г.Л. Блюхера и Ф.В. Остен-Сакена, причём прусский фельдмаршал Блюхер был сбит с лошади и едва не попал в плен вместе со своим начальником штаба, будущим фельдмаршалом А.В. Гнейзенау, а русский генерал от инфантерии Остен-Сакен (позднее он тоже станет фельдмаршалом) был ранен. Кстати, у французов в этой битве получили ранения маршалы Л.А. Бертье и Н.Ш. Удино, а общие потери сторон были примерно равны: по 3 тыс. человек. Главное, Наполеон освободил от русско-прусских оккупантов Бриенн, столь дорогой его сердцу город. После битвы на ночлег он остановился в доме местного кюре отца Анриона, бывшего преподавателя Бриеннской школы, когда в ней учился будущий император[1272].

1 февраля при Ла-Ротьере Наполеон, располагая, по данным Е.В. Тарле и А. Кастело, 30–33 тыс. новобранцев, выдержал 10-часовую битву с главными силами Шварценберга (как минимум 122 тыс. человек)[1273]. Поскольку французы после боя вынуждены были отступить, некоторые историки зачли им поражение. Так, А. Лашук назвал Ла-Ротьер «неудачным сражением» Наполеона, хотя и подчеркнул, что французы отступили «в полном порядке», и при этом «никто даже не пробовал преследовать» их, и Д. Чандлер усмотрел здесь «тактическое поражение» французов, но тоже признал, что Наполеон «с величайшим искусством вышел из битвы по всей своей линии»[1274]. Именно потому, что Наполеон после 10-часовой битвы с противником, вчетверо превосходившим его численно, отступил от Ла-Ротьера «с величайшим искусством» и «в полном порядке», Е.В. Тарле заключил, что эта битва оставила у французов «впечатление почти выигранной»[1275]. Во всяком случае разбить себя они не позволили и, пожалуй, заслужили под Ла-Ротьером ничью.

Как бы то ни было, Наполеон после Ла-Ротьера вышел в тыл Силезской армии и, сбив с толку союзное командование хитроумно-стремительными манёврами, ошеломил противника целым фейерверком побед: за пять дней, с 10 по 14 февраля, он выиграл четыре сражения — под Шампобером, Монмирайлем, Шато-Тьерри и Вошаном, — разгромив по частям всю Силезскую армию.

10 февраля при Шампобере был почти уничтожен русский корпус генерала 3.Д. Олсуфьева, а сам Олсуфьев и ещё один генерал, К.М. Полторацкий (причастный к убийству Павла I) взяты в плен вместе с 3 тыс. их солдат. Между прочим, самого Олсуфьева пленил 19-летний рядовой конно-егерского полка Кристиль. «Этот юноша, имевший за плечами всего полгода службы, лично доставил своего пленника к императору, который собственноручно наградил храбреца рыцарским крестом Почётного легиона»[1276]. Ещё полторы тысячи русских воинов (цитирую Е.В. Тарле) «были перебиты, остальные бежали»[1277]. Французы потеряли всего 600 (по данным М.И. Богдановича) или даже меньше 200 человек, как подсчитал Д. Чандлер[1278]. Вечером после битвы Наполеон пригласил пленных генералов к себе на ужин и потом долго говорил о пожаре Москвы (может быть, и о цареубийстве) с Полторацким[1279].

В тот же вечер император писал Марии-Луизе: «Моя дорогая Луиза! Победа! <…>. Прикажи устроить салют перед Домом инвалидов и пусть об этом возвестят во всех увеселительных заведениях. Я преследую Сакена <…>. Наступая ему на пятки, рассчитываю в полночь достичь Монмирайля. Нап.»[1280] Мария-Луиза в ответ поделилась с мужем своей радостью: «Римский король просил меня передать тебе, что он съел весь шпинат — это наша потрясающая новость для тебя»[1281].

На следующий день, достигнув, как он обещал Марии-Луизе, Монмирайля, Наполеон разгромил здесь объединённые силы двух союзных корпусов — русского (Ф.В. Остен-Сакена) и прусского (Г.Д.Л. Йорка). Союзники потеряли около 8 тыс. человек, французы — меньше 1 тыс.[1282] В этом сражении «получил 10 штыковых ран» и был взят в плен подпоручик Г.С. Батеньков[1283] — впоследствии видный член Северного общества декабристов, осуждённый на 20 лет каторги.