Людовик XVIII так наглел, что пытался даже показать себя по меньшей мере равным в компании монархов шестой коалиции (ведь «Бурбоны знатнее Романовых!») и независимым от них. Когда в январе 1815 г. Александр I начал с ними переговоры о возможном бракосочетании своей сестры великой княжны Анны Павловны (той самой, в руке которой было отказано Наполеону!) с племянником короля герцогом Беррийским, король отклонил предложение императора, вторично унизив его (вспомним стул вместо кресла в Компьене!). Н.К. Шильдер видел в этом происки вездесущего Талейрана, из-за которых будто бы и расстроились эти переговоры[1479]. Но не повлиял ли главным образом на решение короля его брат, «дикий барин» д'Артуа — отец герцога Беррийского? Может быть, он предпочитал женить сына на принцессе из более цивилизованного мира (например, из любимой им Англии), чем эта «медвежья страна», какой представляли себе на Западе Россию? Так или иначе, герцог Беррийский остался холостым до того дня, когда бывший конюх Наполеона Лувель покончил с ним ударом кинжала.
Между тем, как справедливо указывал А.3. Манфред, становилось все более очевидным для всех, кто не был слеп, что
Зашевелилась и оппозиция Бурбонам, причём разного толка — не только бонапартистского, но и якобинского и умеренно-либерального. Её различные течения представляли авторитетные не только во Франции, но и в других странах политики, литераторы, учёные: Мари Жозеф Поль Лафайет, Пьер Франсуа Реаль, Бенжамен Констан и неугомонная мадам Жермена де Сталь, которая ранее боролась за свободу слова против Наполеона, а теперь «впадала в конституционное бешенство» против Бурбонов[1481]. Застрельщиком оппозиции выступил Лазар Никола Карно — знаменитый «организатор побед» Французской революции, член Директории и военный министр Наполеона. Людовик XVIII уволил его из Института Франции, но не репрессировал, уделив ему скромное место генерального инспектора инженерных работ. В сентябре 1814 г. Карно обнародовал своё диссидентское «Письмо к королю», которое распространялось по стране нелегально, поскольку продавать его в книжных лавках власти Бурбонов запретили (издатель «Письма» был даже привлечён к суду). Автор «Письма» очень смело и, главное, доказательно обвинял Людовика XVIII в том, что он провозгласил себя «Королём милостью Божией» вопреки мнению своего народа и лишь по воле чужеземных правительств[1482].
Видя неустойчивость режима Бурбонов, оппозиционеры разных мастей стали строить заговоры с целью заменить архаичного во всех отношениях Людовика XVIII более современным правителем. Они остановили свой выбор на кандидатуре Луи Филиппа, герцога Орлеанского (он действительно станет королём Франции, но лишь в результате Июльской революции 1830 г., и будет свергнут Февральской революцией 1848 г.). Впрочем, заговорщики готовы были подобрать для французского трона и другую кандидатуру (называли даже Евгения Богарне) — только бы сместить Людовика XVIII!
