Император Наполеон полностью

Тем временем с конца мая по начало июля 1809 г. Наполеон и эрцгерцог Карл недалеко от Вены готовились к новому сражению, которое должно было стать решающим для исхода войны и судьбы Австрийской империи. Наполеон призвал к себе корпуса своего пасынка, вице-короля Италии Евгения Богарне и маршала Бернадота с верховьев Дуная, а также генерала Мармона из Далмации; эрцгерцог Карл — несколько дивизий ландвера со всех концов Австрии и корпус своего брата, эрцгерцога Иоганна из Венгрии, но Иоганн прийти на помощь брату не успеет. В результате к моменту решающей битвы у селения Ваграм в 16 км к северо-востоку от Вены (а от Эсслинга — в 8 км) Наполеон имел, по данным А. Лашука, немалый численный перевес над австрийцами: 180 тыс. человек и 544 орудия против 125 тыс. человек и 414 орудий[660]. Правда, Д. Чандлер насчитал против 180 тыс. французов 155 тыс. австрийцев; X. Беллок находил соотношение сил при Ваграме примерно равным (по 180 тыс. человек), а у А. Кастело австрийцы даже численно превосходят французов: 160 тыс. человек против 150 тыс.[661]

Главной базой подготовки к сражению и плацдармом для наступления Наполеон сделал остров Лобау. Он был превращён в настоящий военный лагерь: здесь собирались десантные суда, которые, кстати, патрулировали остров, охраняя его базовый статус; отсюда наводились прочные (не в пример майским) мосты через левый рукав Дуная. Дезориентируя противника, Наполеон изображал видимость переправы на одном (северном) берегу острова, а устроил её с другого (восточного) берега[662], причём — для большей части своих войск — за одну ночь, с 4 на 5 июля, потрясающе быстро и организованно. 5 июля битва «началась, — цитирую Е.В. Тарле, — не так, как ждал эрцгерцог Карл, и не там, где можно было с большим вероятием её ждать; у Наполеона было твёрдое правило: не делать того, чего может ждать враг»[663].

Надо отдать должное эрцгерцогу Карлу и его войскам: они в первый день битвы при Ваграме отразили все атаки французов и сами не без успеха контратаковали. Но для Наполеона смысл этих атак и контратак состоял в том, что он прощупал особенности позиций, а главное, оборонительных и наступательных действий противника и нащупал их слабые места. На следующий день, 6 июля, когда эрцгерцог Карл, довольный ходом дел первого дня, с 4 часов утра начал общее наступление своих войск, излишне растянутых по фронту, Наполеон осуществил гениально задуманный манёвр с заключительным, просто нокаутирующим ударом.

Император приказал маршалу Массена выстоять перед атакой австрийского правого фланга, а маршалу Даву — встречно ударить по левому флангу противника. В то же время против центра австрийцев была выставлена мощная батарея из 104 орудий под командованием А.Ж.Б. Лористона — бывшего однокашника Наполеона по Парижской военной школе и будущего посла Франции в Петербурге. Главную роль в управлении этой батареей сыграл Антуан Друо (1774–1847 гг.) — директор артиллерийских парков Императорской гвардии, уже к тому времени многократно отличившийся, а впоследствии, от Бородина до Ватерлоо, всемирно прославивший себя так, что Наполеон на острове Святой Елены скажет: «Я считаю, что во всём мире не было двух таких офицеров, как Мюрат в кавалерии и Друо в артиллерии»[664]. Батарея Друо обрушила на австрийский центр буквально шквал снарядов, между тем как Массена сдерживал атаки правого крыла австрийцев, а Даву взял штурмом Руссбахские высоты на их левом крыле.

В этот момент битвы при Ваграме Наполеон и применил — впервые в истории войн — удар тараном по центру противника[665]. Роль тарана сыграла в тот день сразу ставшая знаменитой колонна Макдональда. Эту колонну в 90 шеренг из 30 тыс. пеших и 16 тыс. конных воинов возглавил лично генерал Жак Этьен Макдональд — талантливый военачальник Французской революции, при Наполеоне оказавшийся на время в тени из-за своих непримиримо республиканских убеждений. После убийственной для австрийцев артподготовки с батареи Друо колонна Макдональда устремилась вперёд, «протаранив» австрийский центр, всё сокрушая на своём пути. Наполеон сразу понял, что битва выиграна и будто бы (согласно распространённой легенде), приказав своему мамлюку Рустаму постелить прямо на земле медвежью шкуру, «заснул на 20 минут под неумолкающий гром орудий»[666].