Николай Павлович был правителем, чрезвычайно внимательно, можно сказать, даже придирчиво относившимся к любому документу, который оказывался перед ним. Не имело значения, было ли это законодательное предположение Государственного Совета или устав какой-либо акционерной компании, – все прочитывалось всегда от первой до последней строки. Его деловой педантизм отразила резолюция на докладе барона М. А. Корфа в 1838 году: «Вы забыли, кажется, что я привык читать, а не просматривать присланные бумаги». Все приказы и законы, издаваемые от имени Верховной Власти, знал и одобрял «до последней запятой»; это воистину были его законы.
Никогда не считал себя «всезнающим» и «всевидящим»; подобным самомнением он не страдал. Не боялся говорить о своей неосведомленности, не стеснялся задавать вопросы знающим людям. Потому и решения принимал осознанно, с учетом мнений тех, кто по праву знания или по долгу службы имел касательство к данному предмету.
Выше уже говорилось о том, сколько сил и внимания Император Николай уделял организации аграрных отношений, всего строя сельскохозяйственной жизни. Это было вполне понятно. Огромная Российская империя всю первую половину XIX века оставалась сельскохозяйственной страной. В сельской местности проживала подавляющая часть населения (более 90 %), и земледельческие занятия, включая промыслы и мелкое кустарное производство, оставались главными для большинства людей.
Коммерческие, или торговые, занятия были тоже широко распространены. Индустриальный же сектор имел второстепенное значение. За тридцать лет царствования Николая I положение заметно изменилось. Появились не только железные дороги, но и крупные промышленные предприятия, построенные уже на принципах рыночной экономики. Этот эволюционный путь не был простым; он потребовал времени, сил и известных рисков…
В 1801 году в Российской империи насчитывалось 2423 «промышленных заведения», на которых работало 95 тысяч человек, произведших товарной продукции на 25 млн рублей. Из этих данных явствует, что в среднем на предприятии было занято всего по нескольку десятков человек.
К 1855 году количество заведений достигло 9944, число рабочих – 520 тысяч, а объем произведенной продукции определялся суммой 160 млн рублей. Именно при Николае Павловиче появились первые законы, регулировавшие отношения рабочих и предпринимателей, хотя само частновладельческое промышленное дело и находилось еще, так сказать, в младенческом возрасте.
В этом смысле среди государственных нормативных актов особо примечательны два: закон 24 мая 1835 года, обязывавший хозяина заключать с наемным работником письменный договор, выдавать расчетные листы и иметь книгу регистрации расценок и расчетов, и закон от 7 мая 1845 года, запрещавший использовать на работах труд малолетних.
Существовало три главных региональных центра, где была сконцентрирована основная часть промышленности и торговли. Петербург – средоточие крупных промышленных предприятий, главные торговые ворота России с внешним миром.
Москва и прилегающие губернии составляли второй важнейший промышленный узел, где концентрировались текстильные промышленные заведения и пищевкусовые производства.
Урал являлся оставался центром добычи минерального сырья и выплавки металлов. В 40-х годах XIX века начал осваиваться и новый промышленно-сырьевой район Донбасса, ставший позже важнейшим центром металлургии, угледобычи и тяжелого машиностроения.
Промышленные заведения Петербурга, Москвы и Урала производили те изделия и товары, которые отдельные ремесленники в своих мелких мастерских сделать не могли.
Крупные предприятия – мануфактуры – появились в России еще в XVII веке. На них работали сотни, а иногда и тысячи рабочих. Как явствует уже из самого названия, в подобных заведениях использовался по преимуществу ручной труд. Имелись и различные технические приспособления, но все главные операции осуществлялись благодаря мускульной энергии человека или животного.
Мануфактуры принадлежали как частным лицам, так и государству. Последние были особенно крупными и выполняли заказы правительства, связанные в первую очередь с нуждами армии и флота – производством оружия, парусины, корабельных канатов, сукна, кож, обмундирования. Традиционно на мануфактурах использовался труд подневольных работников. Крепостных крестьян отправляли на фабрику или завод, не спрашивая их согласия, и там заставляли («предписывали») выполнять определенные работы. Эта категория трудящихся носила наименование «посессионных крестьян».
Принудительный труд не мог быть особо производительным. Рабочий не имел личной заинтересованности в качестве и в результатах своего труда, он как бы отбывал повинность. Здесь коренилась одна из главнейших причин низкой эффективности производства.
