— Беспочвенная чушь, — отрезал я. — Насколько мне известно, графиня Лидия Белозёрова испытывает проблемы со здоровьем и отправилась на лечение за границу. Её дочь Полина сейчас работает в Угрюмихе учителем, помогая детям развивать таланты независимо от их происхождения, а также помогает мне управлять этим магазином. Что касается атаки наёмников, она действительно произошла, но мы успешно отбили нападение. Мотивы подобной агрессии в настоящий момент не определены, но вы сами прекрасно знаете, что некоторые ратные компании мало отличаются от организованных банд. Вероятно решили поживиться у нас, но не учли, какой крепкий орешек им попадётся.
— Как вы суровым к ратным компаниям, — иронично улыбнулась собеседница.
Мой тон действительно прозвучал излишне резко. Не стоит записывать всех наёмников во враги — это непрактично с точки зрения будущего политического маневрирования. Особенно учитывая, что у нас были вполне продуктивные контакты с Перуном. Нельзя сжигать мосты, которые могут пригодиться в будущем. Лучше показать открытость к здоровому партнёрству с профессионалами.
— Только к некоторым, — усмехнулся я. — например, мой опыт сотрудничества с ратной компанией «Перун» был весьма положительным. Это грамотные и опытные бойцы.
Журналистка сделала очередную пометку и перешла к следующему вопросу:
— Поговорим о лабораториях князя Терехова. Как вы их обнаружили?
— Изначально я искал талантливого алхимика Александра Зарецкого, — начал я, вспоминая события тех дней. — Он бесследно исчез, и расследование привело меня в дом ректора Горевского, державшегося у себя в подвале молодого алхимика. Именно там я узнал о других подпольных лабораториях, где проводились запрещённые Казанской конвенцией эксперименты над людьми. Мы освободили магов и простолюдинов, которых там удерживали против воли.
— Что стало с этими людьми?
— Многие из них сейчас живут в Угрюме. Мы предоставили им возможность начать новую жизнь и применить свои таланты на благо общества.
Дарья подняла взгляд от блокнота:
— Перейдём к истории с бандой так называемого «Кабана». Некоторые говорят, что вы просто устранили конкурента.
Я усмехнулся:
— Дарья Олеговна, я никогда не занимался преступной деятельностью. Наша лавка оказалась под прицелом этой банды, решившей, что может безнаказанно вздымать с нас «дань». Большая ошибка с их стороны. Мои действия координировались с княжеской канцелярией. Благодаря нашему сотрудничеству банда, терроризировавшая многих торговцев, была ликвидирована. У Кабана имелись связи с коррумпированными чиновниками, и доказательства этой коррупции я передал властям. Насколько я видел в новостях, соответствующие аресты уже произвели.
— Прохор Игнатьевич, давайте теперь обсудим очевидную проблему пострадавшей репутации Угрюмихи. Насколько правдивы слухи про рабство? — её глаза внимательно изучали мою реакцию.
— Лучший ответ на этот вопрос дадут сами жители деревни, — я откинулся на спинку стула. — Мы выкупаем должников не для того, чтобы сделать их рабами, а чтобы дать им шанс начать с чистого листа. В Угрюмихе каждый получает земельный надел, работу по своим умениям и полное право уйти, когда пожелает. Не верите мне — спросите их самих.
— Как раз об этом хотела спросить, — Дарья отложила ручку. — Могу ли я посетить Угрюмиху и лично поговорить с жителями?
— Не только можете, но и приглашаетесь, — я улыбнулся. — Завтра туда отправляются два блогера. Первый — Станислав Листьев, известный своим критическим взглядом на любые инициативы аристократии. Второй — Виктория Веденеева, специализирующаяся на репортажах о людях и их судьбах. Присоединитесь к ним?
Журналистка выглядела заинтригованной:
— Знаю Станислава, он славится своей непредвзятостью. А что насчёт вас? Будете сопровождать?
— Меня даже не будет в Угрюме в это время, — я развёл руками. — Дела в Сергиевом Посаде требуют моего присутствия. Осмотрите всё, поговорите с кем хотите, без какого-либо влияния с моей стороны.
В течение ещё примерно четверти часа Дарья задала мне различные вопросы, а я спокойно и обстоятельно отвечал на них, оставшись довольным тем, как складывается разговор.
Наша беседа была прервана громким голосом, раздавшимся со стороны лестницы:
— Господин Платонов! Вот вы где!
К нам поднялся мужчина средних лет с аккуратно подстриженной бородкой клинышком. Его внимательные глаза за стёклами очков изучали меня с нескрываемым скептицизмом.
— Станислав Листьев, — представился он, садясь на соседний стул без приглашения. — Должен сказать, я не из тех, кого легко обвести вокруг пальца. Если в этой вашей Угрюмихе творится что-то сомнительное, мои подписчики об этом узнают.
— И не сомневаюсь, — я кивнул. — Поэтому и пригласил вас. Угрюмихе нечего скрывать.
— Ой, простите за опоздание! — раздался звонкий женский голос.
Вслед за мужчиной появилась миниатюрная блондинка с ярким макияжем и огромной сумкой через плечо.
— Я Вика, мы договаривались о поездке в Угрюмиху! Ой, там же животные есть? Я обожаю животных! И местную кухню очень хочу попробовать!
