Я невольно улыбнулся. Казалось бы, легкомысленная вертихвостка, но Полина уверила меня, что репортажи этой дамочки о людях проникают в самую душу, вызывая эмоциональный отклик даже у самых чёрствых читателей.
— В Угрюмихе есть всё необходимое для интересного репортажа, — заверил я Викторию. — Дарья, вы присоединитесь к этой колоритной компании?
Журналистка переводила взгляд с Веденеевой на Листьева, явно оценивая перспективы поездки.
— Пожалуй, да, — наконец ответила она. — Ваш подход к ситуации… необычен. Большинство предпочло бы опровергать обвинения или закрыться от прессы. А вы приглашаете нас увидеть всё своими глазами. Это интригует.
— Рад, что мы договорились, — я поднялся из-за рабочего стола. — Завтра в восемь утра возле нашего магазина вас будет ждать внедорожник. Вечером того же дня вернётесь обратно.
Глядя на эту разношёрстную компанию, я почувствовал уверенность в нашем плане. Даже если они найдут какие-то недостатки — а в любом молодом поселении их хватает — их честный рассказ об Угрюме сделает больше для нашей репутации, чем десяток опровержений в Эфирнете.
После интервью я отправился на очередную встречу с главой разведки. Родион ждал меня в той же конспиративной квартире, что и в прошлый раз. Он сидел за столом, заваленным бумагами и схемами. Когда я вошёл, Коршунов поднялся, опираясь на свой костыль, и по-военному чётко кивнул.
— Как прошло интервью? — поинтересовался он, возвращаясь на место.
— Продуктивно, — я снял промокший плащ и повесил его на крючок у двери. — Журналистка оказалась профессионалом. Задавала правильные вопросы, внимательно слушала. Завтра она и два блогера отправляются в Угрюм.
— Хорошо, — Родион подвинул в мою сторону папку с документами. — У меня тоже есть хорошие новости о нашем общем «друге» Онуфрии.
— Расскажи, — я сел напротив, с интересом наблюдая за бывшим разведчиком.
— Ядрёна-матрёна, грех жаловаться на скуку! — Коршунов потёр руки с энтузиазмом карточного шулера. — По моей информации, дела у Большелапоффа идут неважно. В последнее время он всё больше рискует, надеясь на большой куш. Стоит совершить ошибку, и его бизнес уже не оправится.
— Ошибку, говоришь? — задумался я. — Сволочь он, конечно, изрядная, но и дураком Онуфрия не назовёшь. Такой ошибки можно ждать долго. Если ему, конечно, не помочь.
— Как помочь? — сразу подобрался Коршунов, почуяв азарт. — Подсунуть приманку? Но какую?
На что может купиться прожжёный делец, который занимается торговлей Реликтами не один год? Как раз на то, что считает себя умнее других.
— Сумеречник, — предложил я. — Знаешь такой Реликт?
— Обычный светящийся мох, — кивнул удивлённо Коршунов. — Чаще всего используется для освещения. Дешёвый, распространённый, особой ценности не представляет.
— Вот именно, что не представляет, — улыбнулся я. — Пока не представляет.
Глаза Родиона блеснули пониманием.
— Можно сочинить «утку»! — мой начальник разведки, поймав мысль, принялся вдохновенно сочинять на ходу. — Мы сляпаем липовую контору «Восточный путь», будто она торгует с Восточным каганатом. От её имени закажем кучу Сумеречника по задранной цене.
— И пустим слух, что учёные нашли в нём какие-то особые свойства, — продолжил я. — Знаешь, как подсунуть эту информацию Большелапоффу?
— Это как раз не проблема,— Коршунов довольно усмехнулся. — Я уже прикормил его секретаришку Ефима. Парень будет нашими глазами и ушами. Через него подсунем Онуфрию информацию. Например письмо от его бывшего коллеги из Реликтового приказа. Мол, есть тайные сведения о скором росте цен на Сумеречник…
Мы с увлечением принялись сочинять, и спустя несколько минут нужное письмо уже было готово.
— «Дорогой друг! После долгого молчания пишу тебе по важному делу. Сегодня мне попалась секретная информация из нашей лаборатории…» — гордо зачитал Коршунов начало…
Я откинулся на спинку стула, проверяя замысел на прочность.
— Но что если Большелапофф решит проверить информацию у автора письма?
— Не проблема, — Коршунов стукнул кулаком по столу. — Я знаю слабину у этого самого Сиверцева. Мужик в карточных долгах по самые уши и рад подкалымить. За тридцать рублей подтвердит хоть, что знает чёрта лысого.
— А если Большелапофф начнёт проверять компанию «Восточный путь»?
— Этим всегда занимается его секретарь, а он прикормлен. К тому же, — Родион раскрыл карту города, — я заранее пошлю людей. Нам нужно скупить весь Сумеречник в городе до того, как он начнёт рыть носом. Для этого потребуется около ста пятидесяти рублей. Тех, что вы выделили как раз хватит. Когда Онуфрий не найдёт товар в обычных местах, это только подкрепит нашу байку о росте спроса.
— И единственным продавцом к тому моменту будем мы, — кивнул я. — Естественно, не напрямую. Уверен, об этом ты тоже можешь позаботиться.
Коршунов хитро прищурился и постучал пальцем по карте.
