— Противоядие, — улегся прямо в сапогах, на которых осталась кладбищенская земля и, кажется, навоз. — Кровь некроманта.
— Запрещено…
Харт уже валялся на полу, дергая руками и ногами.
— Конечно, запрещено, — снисходительно хмыкнул я, зевнув. — У вас, светлых, все запрещено, у вас можно только гордо сдохнуть. И если бы я не оказался рядом, тебе бы это удалось.
— Зачем?..
— Мне нужны ответы, — я снова зевнул. — А у мертвеца я их вряд ли получу. Кстати, кровь некроманта имеет и еще одно приятное свойство, побочный эффект. Несколько минут ты не сможешь мне соврать и ответишь на все вопросы. — Я покосился на извивающегося Харта. Увы, очищение организма от яда весьма болезненный и не слишком быстрый процесс. Затянется примерно на час, так что я успею вздремнуть. — И будь паинькой, мучайся молча, — бросил я, закрывая глаза. — Мне твои стоны спать мешают.
— Сука, — выдал Харт, и я хмыкнул. Ну, раз ругается, значит, жить будет.
Примерно через полчаса я приоткрыл один глаз и увидел, что Харт подполз к столу и тянется к графину с водой. Сделал жадный глоток, другой.
— А вот это зря, — выждав, сообщил я.
Новый приступ боли скрутил ловца, и он упал ничком, уткнувшись лицом в доски.
— Яд еще не вышел, а ты его разбавил, — я сладко потянулся, снова закрывая глаза. — И чему вас только в вашей Академии учат?
Харт снова ответил ругательством, на этот раз более забористым. Я перевернулся на другой бок.
Еще через час я потянулся и встал с кровати.
— Ну, можно начинать.
Харт сидел, прислонившись спиной к стулу. Все еще бледный, но без мертвецкой серости.
— Это ты пытался меня убить? — бросил я.
— Нет.
— А кто?
— Не знаю, — прохрипел ловец. — У тебя врагов, как грязи, с таким мерзким характером.
Я хмыкнул. Ну что же, и не соврал ведь. Ладно, продолжим.
— Как ты отменил подчинение старшему в отряде?
— Я сильный маг… — говорить ему явно не хотелось, даже губы побелели. Но сопротивляться сейчас не смог бы и Шинкар, не то что светлый.
— Сможешь нейтрализовать мой амулет? — обрадовался я.
— Не знаю. — Он скрипнул зубами. — Если достанешь нужные ингредиенты.
Я широко улыбнулся. Достану? Еще как.
— Теперь разберемся с кладбищенскими тварюшками. Это марашеры, стражи из Огненного мира? Те, что описаны в трактате о сотворении?
На измученном лице Харта вспыхнуло изумление, но он лишь кивнул.
— Да.
— Уверен?
— Абсолютно.
— Кто-то решил поиграть в богов и создать новый мир, уничтожив старый?
Он мрачно кивнул.
— И ты знаешь кто?
На лице Харта проявились багровые пятна, он тяжело задышал. А потом вдруг выдохнул. И посмотрел на меня в упор.
— Время закончилось, чернокнижник.
— Ого, — впечатлился я. — Быстро ты. И, правда, сильный. И кто же ты такой, светлый?
— Время закончилось, — повторил ловец, тяжело поднимаясь.
— А ты мне поведай просто так, по дружбе.
— По какой дружбе? — он изобразил усмешку. — Ты снова пьян?
— Увы, нет. А по какой дружбе… разумной. Ты мне кое в чем поможешь, я — тебе. И о маленьком инциденте забуду. И найду того, кто накормил тебя отравой. Мне кажется, неплохие причины для дружбы?
— Я не дружу с чернокнижниками, — процедил он.
— Я понял, — я неторопливо собирал свои вещи в мешок. — Ты дружишь со светлыми. Один из них подсыпал тебе яд змеи. Прости, я, наверное, мало понимаю в дружбе. Помнится, меня в этом уже упрекали. — Хмыкнул, пожал плечами. — Ну как знаешь.
Харт смотрел на меня, прищурившись.
— С чего ты взял, что яд подсыпал кто-то из нас?
— Ты выпил его за пять минут до того, как я тебе врезал, — жестко сказал я. — В таверне ты всю еду и питье проверял магией. Незаметно. Но у тебя на пальце вдовий камень в перстне, неприметный, но крайне редкий минерал. Таких камней всего с десяток в империи, о них мало кто знает. Ты всегда держишь руку над едой, прежде чем положить в рот. Значит, проснувшись на рассвете, ты сделал глоток того, в чем был уверен. Видимо, отхлебнул из фляжки, что носишь с собой. Кто-то насыпал яд именно туда. И ты сам знаешь, что сделать это мог только кто-то из нас пятерых. — Я потер подбородок. Вот гадство, щетина, опять забыл обновить заклинание, замедляющее рост волос. — И еще твой недруг очень хотел подставить меня. Эскандор получил бы отличную версию — чернокнижник отравил Харта, а ловец заколол темного, распознав его коварный план.
Я замолчал. Флай смотрел на меня ошарашенно.
— Ты кто такой? — выдавил он.
— Поганый чернокнижник, — напомнил я. — Впрочем, не важно. Вопрос в том, кто ты такой.
— Лучше тебе этого не знать, — пробормотал он и сел на стул, ссутулившись, как старик.
— Может, и так, — я отошел к окну. — К тому же я и так догадываюсь. Тебя многое выдает, ловец, если присмотреться. То, что ты вырос при дворе, видно, как ты ни пытаешься это скрыть. — Он вздрогнул, я пожал плечами. — Но сейчас речь о другом. В целом, мне плевать, какой у тебя титул. Я хочу, чтобы ты помог мне покинуть Бастион. Взамен… разберусь с твоей проблемой. Или обратишься к тайной императорской страже? К первому кругу?
— Нет! — он вскочил, пошатнувшись.
