– Собственно говоря, я оказалась пойманной в западню, потому что Нил неожиданно разлился. Я даже помогала в срочном порядке собирать урожай, пока тот еще не был затоплен водой. После чего жрецы в знак благодарности пригласили меня поучаствовать в священных ритуалах, – ответила Сабина и презрительно выгнула брови. – И вообще с каких это пор любой культ, о котором ты раньше не слышал, непременно предполагает участие в оргиях? Раньше, Адриан, я не замечала в тебе этой провинциальной косности.
Адриан холодно посмотрел на нее, а затем вновь отвернулся к источнику. Сабина пощекотала кошку под подбородком и осмотрелась по сторонам. Вокруг нее простирались знаменитые сады Дафны. Длинное ущелье, обнесенное высокими стенами, протянулось от Антиохии на расстоянии нескольких миль. Даже зимой здесь зеленели, радуя взор, лавровые или кипарисовые рощи, среди которых, журча на искусно устроенных каскадах, сбегали стремительные потоки. Сабине были слышны негромкие голоса и чьи-то шаги – это в тени садов по извилистым дорожкам неспешно прогуливались антиохийцы. Но Адриан стоял один, устремив взгляд в источник.
– Управляющий говорит, что ты проводишь здесь много времени, – сказала Сабина. – Все те часы, когда ты ничем не занят.
Адриан пропустил ее слова мимо ушей.
– Мы когда-нибудь пойдем в Египет? – прошептал он, обращаясь, но только не к Сабине, и бросил в источник небольшую монетку. Затем присел и пригнулся над водной поверхностью, пристально в нее глядя.
– И что же говорит тебе Кастальский ключ на этот раз? – с легкой издевкой в голосе поинтересовалась Сабина.
– Рябь на поверхности сказала мне, что в один день я окажусь в Египте, – ответил Адриан, не отрывая глаз от пруда, поверхность которого вновь стала ровной как зеркало. – Но только не в ближайшие годы. Жаль. Я бы хотел своими глазами увидеть разлившийся Нил. Кроме того, меня уже давно интересует их техника строительства. Я немало наслышан о гипостиле в храме Амона в Карнаке. Почему бы мне не украсить чем-то подобным свою виллу, когда я наконец всерьез возьмусь за ее возведение?
Столь учтиво муж не разговаривал с ней вот уже больше года. «С другой стороны, – подумала Сабина, – за этот год мы провели в обществе друг друга не более двух недель». Пусть ее муж, вместо того, чтобы собственными глазами видеть мир, предпочитает проводить время в поисках подтверждения своим амбициям в глубине вещих источников, сама она не горит желанием следовать его примеру.
«Не поехать ли мне на следующей неделе в Эпидавр, – подумала она. – Асклепион знаменит на весь мир. В поисках исцеления страждущие стекаются в храм со всех концов света. Я могла бы подержать в руках священных змей, обитающих в Зале Снов. А еще хотелось бы проверить, действительно ли хитрые жрецы искусно вымогают деньги у несчастных паломников, предлагая им фальшивые снадобья. Если это так, то я непременно напишу Траяну, чтобы он положил конец этому вопиющему мошенничеству».
– Ты давно уже не заводил разговор о вилле, – сказала она вслух. Если Адриан в кои веки учтив с ней, она с великой радостью готова поддержать их разговор. – Ты действительно решил приступить к строительству?
– Да, когда у меня наконец появятся средства. Когда я стану императором.
Сабина легонько оттолкнула в сторону собак, которые взялись нюхать хвост Неферу.
– Ты все еще тешишь себя невозможными надеждами.
– Невозможными? – Адриан резко обернулся через плечо и окинул ее высокомерным взглядом, от которого кончики ее пальцев всякий раз начинали пылать огнем. – Кастальский ключ говорит мне, что это неизбежно.
– Это всего лишь лужа воды, – холодно заметила Сабина. – Ты просто внушил себе, что Траян непременно сделает тебя своим преемником.
– Что тебе вообще об этом известно? Я сделал все для успеха это кампании. Без меня легионы остались бы без хлеба и оружия. И мои усилия не остались незамеченными…
– Да, и я уверена, что император в знак благодарности похлопает тебя по спине, и когда война закончится, вновь сделает консулом. А империю завещает кому-то другому.
– Плотина уверяет меня…
– Плотины здесь нет. Она при всем желании не может нашептывать свои желания в ухо Траяну. Зато здесь есть я. Даже будучи в Египте, я каждый месяц писала ему, и готова спорить на что угодно, что мои письма он читал с куда большим удовольствием, нежели послания Плотины. В отличие от нее я умею его рассмешить. Как ты думаешь, что вызывает у нас смех? Вернее, кто?
Адриан резко обернулся – сказалась реакция заядлого охотника – и занес руку. Неферу подняла заостренную мордочку и зашипела.
– Ударь меня, если хочешь, – спокойно ответила Сабина. – Я покажу Траяну синяк, тем более что сегодня вечером он пригласил меня на ужин. Надеюсь, ты тоже получил его приглашение.
Адриан опустил руку. Лицо его напоминало каменную маску.
– Ты еще пожалеешь об этом, Вибия Сабина.
– Когда ты станешь императором? – Сабина повернулась, обходя собак, и направилась прочь. – Можешь говорить об этом со своей лужей, я же поговорю с императором. Посмотрим, кому из нас повезет больше.
