Империи песка полностью

Улыбка на его лице казалась приклеенной, холодные серые глаза оставались непроницаемыми. «Мне знакомы такие глаза», – подумала Элизабет. Она боялась епископа и инстинктивно чувствовала, что рассказы о его возможностях – не выдумка. Я пришла к тому, кто мне нужен.

– Ваше преосвященство, я нуждаюсь в вашей помощи для вызволения моего мужа из тюрьмы. Речь о полковнике Жюле де Врисе. Его обвинили в дезертирстве. Разумеется, ложно.

– Разумеется, – подхватил Мюрат. – Я слышал об этом деле. Полковнику очень не повезло. Но боюсь, мадам, вы преувеличиваете мои возможности. Я епископ, а не генерал. Я буду поминать его в своих молитвах. На что еще я способен, кроме молитв?

– Вы слишком скромны, ваше преосвященство. Я говорила с офицерами, которые сожалеют, что в нынешние времена они генералы, а не епископы. – Элизабет подалась вперед. – Они, ваше преосвященство, уверены, что вы способны очень много сделать для освобождения моего мужа. Очень много.

– Им более чем хватает забот с пруссаками, это верно, – согласился епископ. – Только, думаю, они недооценивают трудности самой Церкви. Война вызвала много смятения. Ничто уже не действует, как прежде. Люди отвернулись от Божьего мира, дабы гоняться за дьяволами войны. И тем не менее, да, с помощью всемогущего Бога я пытаюсь в меру своих скромных усилий быть полезным нуждающимся. – Мюрат многозначительно посмотрел на гостью; он знал о ее связи с покойным генералом Делакруа, которому никогда не хватало осторожности в таких делах. – Мадам де Врис, я знаю, что вы женщина смышленая. Вы едва ли пришли сюда без определенного замысла. Чего именно вы хотите от меня?

Элизабет обошлась без околичностей.

– Присяжных для трибунала будет назначать генерал Трошю. Я узнала, что он сделает это в ближайшие две недели. Есть три человека, которые с пониманием и честно относятся к положению моего мужа. – Она назвала фамилии, епископ кивнул, так как все трое были ему знакомы, и Элизабет продолжила: – Ваше преосвященство, было бы… полезно, чтобы эти люди вошли в состав присяжных. А когда их назначат, было бы… как это яснее выразить… было бы лучше всего, если бы они…

– Знали, какой из вариантов правилен и справедлив, – договорил за нее епископ. – Конечно. Я вас понимаю.

Все проще простого.

Мюрат позвонил в колокольчик. Вошел слуга.

– Принеси бренди, – коротко распорядился епископ. – Не хотите ли освежиться? – спросил он Элизабет.

– Благодарю, ваше преосвященство. Пожалуй, я составлю вам компанию.

Слуга исчез и быстро вернулся с хрустальным графином. Мюрат жестом отпустил его и налил Элизабет. Она сделала маленький глоток. Пила она редко, и бренди обожгло ей горло. Свою порцию епископ выпил залпом и быстро налил еще, затем повернулся к ней и улыбнулся. Элизабет внутренне собралась. Наступил деликатный момент.

– Мои возможности таковы, что я мог бы оказать некоторое влияние на ваше дело. Правильнее сказать, я охотно готов попытаться. Я не верю в вашу наивность в подобных делах. Поэтому скажу просто: те, кто приходит в храм помолиться, обычно делают приношения Господу, дабы Его служители могли продолжать Его благие дела. Должен вас спросить, мадам: чего в этом доме Божьем могут ожидать от ваших молитв?

Говорят, он не ходит вокруг да около. Элизабет покраснела и сделала большой глоток. Бренди обожгло ей горло.

– Ваше преосвященство, боюсь, я едва ли смогу вам что-то предложить. Богатства у меня нет. Мой муж был… и остается кадровым офицером. За многолетнюю службу императору и стране он получал весьма скромное жалованье. Но то немногое, чем располагаю, я готова отдать. – Элизабет увидела, что епископ отвернулся, словно ему стало скучно. – Быть может, ваше преосвященство, вы сами что-нибудь предложите?

Она мысленно застонала из-за собственного безденежья. Все эти годы ей было нечего отдавать кроме… себя. Епископ встал и подошел к окну.

– Кое-что могу предложить, мадам, – помолчав, произнес он.

«Ну вот опять, – подумала Элизабет, уверенная, что знает дальнейшие слова епископа. – Какие бы одежды ни носили мужчины, они одинаковы: внутри ничего, кроме похоти».

– Что же это, ваше преосвященство?

Епископ повернулся к ней, и их глаза встретились. Боже, какой же он уродливый! Отвратительные вздутые вены на лице. Чрезмерная полнота. Элизабет представила, как он придавит ее собой и ей придется нюхать его пот и зловонное дыхание, а его мясистые, унизанные перстнями пальцы будут лапать ее. Бернар хотя бы не заплывал жиром.

– Вы ведь по-прежнему живете в доме вашего деверя, графа де Вриса, – сказал епископ.

Неожиданный поворот разговора застал ее врасплох.

– Да, ваше преосвященство.

– У него есть нечто ценное… для меня.

Элизабет покачала головой:

– Увы, ваше преосвященство, граф не советуется со мной в делах, касающихся моего мужа. Но если у него есть то, что вы желаете, я обязательно к нему обращусь…