– Да, видел. Ему организовали засаду. На том самом маршруте, на родной улице. Десяток идиотов со сдвинутой психикой. Из тех, кто не понимает, что творит. Поодиночке они трусливы и не опасны. Но иногда собираются стаями. Точнее, их собирают. Тебе известно, что Нижне-Румск ставит рекорды по всем видам преступности…
Это «их собирают» прозвучало как удар колотушкой большого барабана. Оркестровый инструмент «нашего» одноклассника Бори-спортсмена. Кто-то вербует отморозков и зомбирует на конкретную задачу. Во времена Графа такого не случалось. Понятие честь еще бытовало. Все удары направляются из одного источника? Как же я… Формируются противостоящие оперативные отряды. Враг к нам ближе, чем мы к нему…
Я допил сок, повертел в пальцах и отложил кусочек печенья с растительным узором. Все такое кислое… Надо собирать разбежавшиеся мысли. Пока я ни на что не годен.
– Между мной и Анваром барьер, – признался я Атхару, – До Графа могу дотронуться. А здесь – какая-то стена. Просил Систему помочь, но…
Атхар улыбнулся. И так ярко, что я засомневался не только в своем разуме. А он еще вопросы ставит вселенские.
– Наир… Тот, кто зомбирует стаи и тот, кто стены ставит – не один и тот же? Как считаешь?
Я машинально взял печенье и принялся жевать. Оказалось ничего, с тем же апельсиновым вкусом. Придется выложить Атхару все свои догадки-сомнения. Мелочь в моем понимании может обернуться общей проблемой. Куратору виднее. Чтобы протолкнуть печенье через пересохшее горло, я отпил из его бокала. Он чуть кивнул. Посмотрел ему прямо в глаза, и на мгновение показалось: я беспомощный мальчик, испытавший незаслуженную обиду. Мальчик рядом с отцом, готовым утешить и помочь. Ну как не рассказать обо всем?
– Есть у меня… Впечатления, ощущения… Не знаю, как определить. Люди Внизу называют это «дежа вю». У других в отряде нет. Дело в моей психике? Не зомбируют же и меня! Кажется, что я знал Анвара до того. И вот… И твое лицо как будто мне… До такой степени, что… Будто и тебя я знал до Лунной Базы.
Я замолчал, с ненавистью глядя на вновь наполненный бокал. Новый протуберанец горит совсем ярко, почти ослепляюще. Неужели на кухне нет чего попроще, нейтральнее? Атхар одобрительно качнул головой и я продолжил откровение.
– Я видел некоторые из его снов. С трудом великим внедрился. Мы ведь не можем предвидеть будущее? Так?
– Даже мы не можем, – подтвердил Атхар, – Так.
– А в его снах оно есть! Грядущее не наступившее… Предстает живым и красочным, полным движения и смысла. Я проверил через Систему, это так, подтверждено. А бывает, мне и ему снится одно и то же. То, что я назвал снами-мечтами. Нереально. Но как близко… Как то в полусне он назвал своего друга Сашу Сандром. Было на квартире Воеводы. Это имя пробудило во мне… Не подберу точных слов, но что-то родственное. И оно же вызвало у меня странное сновидение… Вижу: сидит мой Валерий, но под другим именем, в пестрой компании за пиршественным столом. Две группы: одни жирные и грязные, другие светлые и чистые. Он среди светлых, и грозит им некая опасность. Странное место – будто и Земля, а будто и нет…
…Атхар выслушал и долго молчал. Охранное сияние вокруг нашего стола углубило морщины на его лице, зелень в глазах сгустилась, и он показался глубоким старцем. Затем, покрутив в руках золотистый бокал, твердо, почти приказом, сказал:
– Тебе следует погрузиться в историю. Доступную нам реальную историю планеты. Послепотопный период…
Он нацеливает на материалы сверх учебного курса. Из него я кое-что, конечно, знаю. Первое после Потопа поколение было мощнее, сильнее, разумнее последующих. Тем более – нынешних. Возродилось подобие бывшей цивилизации. Деградация продолжается. Прогресс вкупе с имперским вектором готовят новое глобальное потрясение. И вот, в дичающей массе загораются наши «звездочки». Но что они могут? Что дадут мне детали истории? Ключики к пониманию происходящего? Грядущее все равно не предсказать… Детали, увиденные через сновидения, что они прибавят?
– Посети Георэма, Наир, – сказал Атхар, положив на прощание руку на мое плечо; рука оказалась неожиданно тяжелой, – Он ждет тебя. У себя дома…
А ведь я задумывался о такой встрече. Георэм действует в так называемой Первой Империи, в Вечном Прайме. Оттуда проистекает многое из происходящего во времена Анвара.
Иду по селенитовой мостовой, посматриваю на звезды за куполом, и пытаюсь представить личность основателя белой расы современных землян, одного из сыновей Нуха. У него три имени: Иафет, Яфис, Алунджа-хан. Начал он свое бытие в южных предгорьях центра Ассии. Его потомки заселили Уруббу за несколько миграционных потоков. Империи складывались уже в те ранние века. И Лирий со своим Вторым, Восточным Праймом сможет помочь.
