Корпус Джелаль эд-Дина потеснил левое крыло монголов. Тогда Джучи бросил несколько тысяч бойцов в центр сражения, чтобы уничтожить самого хорезмшаха. Шах бежал. От полного поражения его уберег Менгбурны. Принц «отразил это нападение, которое не сдержала бы и гора, и извлек отца из этого гибельного положения». Битва продолжалась весь день.
Ночью Джучи приказал развести множество костров в степи. Утром оказалось, что это уловка. У костров никого не было. Монголы ушли. Храбрость «неверных» произвела на Мухаммеда сильное впечатление. Академик Бартольд считал, что именно из-за этого шах впоследствии избрал оборонительную тактику в борьбе с Чингисханом. Мухаммед слишком хорошо помнил силу кара-китаев, которые поражали воинов ислама на расстоянии и почти не несли потерь. Защитить от такого противника могли только стены. Мухаммед не задумывался, что монголы уже научились брать города…
Но были и другие причины для осторожности. Хорезмшах понес большие потери в войне с халифом. Для набора новых войск требовалось время, а его не было.
И – несколько слов в конце. Некоторые ученые-монголоведы относили битву при Иргизе к более раннему периоду. Однако автор «Истории хорезмшахов-Ануштегинидов» Зия Буниятов совершенно справедливо обратил внимание на то, что мусульманские историки (кроме ан-Насави) начинают рассказ о вторжении монголов почти сразу после битвы при Иргизе.
Это многое объясняет. Хорезмшах напал на монголов первым и был удивлен их военным искусством. Воины Чингисхана оказались сильнее кара-китаев, с которыми хорезмийцы справиться не могли. Мухаммед боялся столкновения. Но Инальчик Кайыр-хан всё испортил, перебив монгольских купцов. Мухаммед был вынужден взять ответственность на себя. Выбора не было: война. Но после битвы при Иргизе Мухаммед утратил веру в себя.
Хорезм находился в странном положении: он имел два правительства. Одно в Гургандже (Теркен-хатун), другое – в Самарканде (Мухаммед). Не было даже единого премьер-министра (
Мухаммед не контролировал свою старую столицу – Гургандж, а в новой резиденции – Самарканде – был чужаком. Султан растерялся и собрал военачальников, чтобы посоветоваться.
Один из приближенных султана, Абу Сад ал-Хиваки, предложил собрать все войска и дать генеральное сражение на берегу Сырдарьи. Джелаль эд-Дин предложил иное: допустить врага в Мавераннахр, а затем разбить, пользуясь знанием местности. Некоторые советники говорили, что следует оставить Мавераннахр, как недавно завоеванную страну, и отступить в Хорасан. Хорезмшах выслушивал предложения и ничего не говорил в ответ. Возник еще один замысел: уйти в Газну и Индию, отдав остальные земли Чингису. Монголы разграбят их, ослабеют. Тут врага можно добить.
Это были планы людей без рода и племени – наемников, для которых понятие «отечество» не существовало. Была лишь территория, которую можно отдать, а потом вернуть.
Шах придумал следующий план: расставить в городах Мавераннахра сильные гарнизоны, а самому отойти за Джейхун (Амударью). Мухаммед рассчитывал, что гарнизоны станут сражаться с монголами, ибо деваться некуда. После двух-трех осад Чингисхан потеряет много воинов и отойдет в степь.
План был достоин компьютерной стратегии Medieval Total War в какой-нибудь кампании «турки против Тимуридов». Но для реальной войны он оказался плох.
Однако Мухаммед принял его и занялся другими делами.
Для войны требуются деньги. Налоги уже собрали, но тут хорезмшах проявил себя человеком, абсолютно равнодушным к иранскому населению, которое было ему подвластно.
