Империя Наполеона III полностью

Размышляя над результатами голосования, Вилэн из Брюсселя констатировал существование во Франции так называемой умеренной партии, отстаивающей традиционные ценности, в частности частную собственность — как основу современной цивилизации. К числу «умеренных», помимо легитимистов и орлеанистов, он также причислял бонапартистов. Не без иронии он писал о легитимистах, которые совершенно не изменились в своих политических предпочтениях за 60 последних лет, прошедших с казни короля Луи XVI. «Орлеанисты более умны, — отмечал автор послания, — но среди них есть несколько амбициозных личностей, раздраженных и недисциплинированных. Бонапартисты, возможно, проявили себя слишком быстро. Легитимисты хотят победить любой ценой, неважно, каким способом вернуть 1814 год, возможно, по этой причине они захотят ускорить события. Вот что они замышляют: вместе с красными Франция начнет войну; начало войны, возможно, вызовет вторжение во Францию, и вследствие этого вторжения на трон будет возведен Генрих V. Существующий антагонизм между Законодательным собранием и исполнительной властью также отчасти имеет своей целью этот результат»^{162}. С другой стороны, правительство совершило ошибку, приказав выкапывать «деревья свободы». «Выкапывание этих деревьев повлекло враждебные властям манифестации… Народ — как большой ребенок, ему нужны игрушки, оставьте ему видимость и отнимите реальность», — советовал Вилэн принцу.

Перед лицом левой угрозы лидеры правых на время сблизились с президентом; пораженные результатами выборов, они обращаются к принцу с предложением осуществить военный переворот, но, получив отрицательный ответ, были сильно обескуражены. Чтобы предотвратить развитие событий по неблагоприятному для правящей верхушки сценарию, Тьер предложил ограничить всеобщее избирательное право. С этой целью был подготовлен и принят закон от 31 мая 1851 года, по которому фактически устанавливался избирательный ценз и число избирателей с 9 600 000 было сокращено до 6 800 000 человек, причем права голоса лишились главным образом сезонные и сельскохозяйственные рабочие. Монархисты с Тьером во главе хотели не только перекрыть доступ социалистов в Законодательное собрание, но и создать благоприятные условия для победы на предстоящих в мае 1852 года президентских выборах своего кандидата. Как писал Маркс, «закон 31 мая 1850 г. был coup d’état буржуазии. Конституция требовала, для того чтобы выборы президента республики были признаны действительными, минимума в два миллиона голосов. В случае, если бы никто из кандидатов в президенты не получил этого минимума голосов, Национальному собранию предоставлялось право выбрать президентом одного из пяти кандидатов, получивших наибольшее число голосов. В то время, когда Учредительное собрание составляло этот закон, в избирательных списках числилось 10 миллионов избирателей. Следовательно, по смыслу закона, для признания президентских выборов действительными достаточно было пятой части всех пользующихся избирательным правом. Закон 31 мая вычеркнул из избирательных списков по меньшей мере 3 миллиона голосов, сократил число избирателей до 7 миллионов, но тем не менее оставил в силе законный минимум в 2 миллиона для президентских выборов. Таким образом, законный минимум с одной пятой повысился почти до одной трети всех избирательных голосов. Другими словами, этот закон сделал все, чтобы передать контрабандой президентские выборы из рук народа в руки Национального собрания. Итак, партия порядка, казалось, вдвойне укрепила свою власть избирательным законом 31 мая, передав выборы депутатов Национального собрания и выборы президента республики в руки консервативной части общества»^{163}.