Сам президент, разъезжавший в это время по стране с предвыборной агитацией, в речи от 1 июня 1851 года в Дижоне прямо указывал на политические маневры враждебных ему групп. Он сказал: «Франция не хочет ни возврата к «старому порядку», какова бы ни была форма режима, его скрывающего, ни воплощения гибельных и ужасных утопий. Я противник и тех и других. Поэтому Франция оказала мне поддержку». Далее он говорил о враждебной позиции Законодательного собрания, которая связывает ему руки и не дает «творить добро». В то время, как вся страна требует пересмотра конституции, чтобы предоставить возможность Луи-Наполеону быть избранным на второй срок, Законодательное собрание остается глухо к требованиям страны и плетет свои интриги. Заканчивает он свою речь эффектным обращением: «Каковы бы ни были задачи, поставленные передо мной страной, я выполню ее волю; и поверьте мне, господа, страна не пропадет в моих руках»{172}.
При обсуждении проекта пересмотра конституции в Законодательном собрании рубеж в две трети голосов не был преодолен, что означало отказ от пересмотра конституции в пользу принца. С этого момента начинается фаза подготовки государственного переворота, так как путей для легального решения конфликта между Собранием и президентом больше не было. Теперь конфликт между двумя ветвями власти можно было решить только силой. Морни, Персиньи, да и все остальное окружение принца подталкивали его к этому в течение долгого времени{173}. В августе 1851 года во время прений в Законодательном собрании по поводу изменения конституции принц-президент признался Морни, что переворот является единственным средством выхода из политического и законодательного тупика: «Я полностью присоединяюсь к вашему мнению, — говорил он Морни. — Я думаю об этом серьезно». Но Карлье, префект полиции, был неуверен; Маньян, командующий Национальной гвардией, не хотел брать на себя ответственность. К тому же генерал Сент-Арно, который недавно стал командующим парижским гарнизоном, считал, что в то время, когда депутаты будут находиться в своих избирательных округах, подобная операция означает «подвергнуть себя риску получить очаги сопротивления во всех департаментах»{174}.
Важную роль в развитии политической ситуации в стране в период с 1848-го по 1851 год сыграл экономический кризис. На общем неблагополучном экономическом фоне в стране вспыхнула эпидемия холеры, которая внушала страх скоростью своего распространения и количеством жертв. Картину всеобщей нестабильности дополняла борьба между депутатами Законодательного собрания и президентом, которая могла привести страну к хаосу и гражданской войне. Для нотаблей главными оставались проблема поддержания порядка и личное спокойствие. Застой в индустриальной сфере привел к банкротству ряда промышленников и накалил обстановку на бирже. В то же время экономическая депрессия 1851 года еще больше усилила недовольство крестьянства Республикой. Из сельскохозяйственных департаментов шли вести о бедственном положении населения из-за падения цен на сельскохозяйственные продукты. Бонапартистские агитаторы распространяли по деревням легенду о Наполеоне как о «крестьянском императоре», и эта легенда овладевала умами миллионов крестьян, искавших выхода из нужды и разорения. Как отмечал позднее Ф. Энгельс, в крестьянстве обозначился явный раскол: «…часть этого класса перешла в ряды красной партии; но масса этого класса упорно держалась своих традиций и утверждала, что если Луи-Наполеон еще не показал себя тем мессией, которого надеялись обрести в его лице, то в этом повинно Национальное собрание, которое связывало ему руки»{175}.
Готовую почву для этих бонапартистских настроений в крестьянстве создавало давнишнее недовольство деревни пренебрежением к нуждам сельского хозяйства, которым отличалась политика и Июльской монархии, и буржуазной республики. Земельных собственников раздражало привилегированное положение в налоговой, кредитной и торговой политике городской буржуазии. Именно по этим причинам Луи-Наполеон постоянно подчеркивал в своих выступлениях желание заняться экономическими проблемами и готовность реализовать свою экономическую программу. Он предлагал развивать промышленность и сельское хозяйство — две отрасли, которые обеспечивают процветание нации. Так, в своей речи на открытии сессии Генерального совета по сельскому хозяйству и торговле от 7 апреля 1850 года он настаивал на необходимости серьезных изменений в сельском хозяйстве, которые бы позволили выйти из кризиса и увеличить производство зерна, необходимого для пропитания страны. Луи-Наполеон подчеркивал, что время больше не терпит, поскольку сильна угроза «скверных страстей», которые могут привести к уничтожению цивилизации{176}.
