Империя проклятых полностью

– Что за глупости ты тут вытворяешь, Никита? – спросила Лилид. – Неужели у нас столько мечников, что мы можем позволить себе пустить их в расход за час до битвы?

– Не бойся, не бойся, – улыбнулся он. – Игра, как ты говоришь, скоро закончится.

Затем он посмотрел на Диор, сверкая черными глазами, словно призывая ее пошевелиться. Но Грааль осталась неподвижной, словно во власти его силы.

– Мой лэрд… – пробормотала она сквозь стиснутые зубы.

– Молчать, – рявкнул Никита и взглянул на Моргану. – Теперь ты иди сюда.

Кровных уз, а значит, и обязательств между мечницей и древним не было, и ей теперь руководил только страх – страх, который исходил от самих стен. Но, взглянув на Рейн, юная Моргана повиновалась, дрожа приблизившись к лэрду Дивоку и присев в реверансе. Теперь Диор покрылась потом, и пульс у нее бешено стучал. Она посмотрела на Аарона, но капитан избегал ее взгляда, крепко сжав челюсти, и его красивые волосы отливали золотом в угасающем свете.

Никита вынул меч из онемевших рук Деклана и передал его невесте юноши.

– Пронзи его.

Моргана побледнела, поворачиваясь к Лилид.

– Хозяйка…

– Не смотри на нее! – взревел Никита. – Смотри на меня!

Моргана повиновалась, сжимая рукоять окровавленного клинка побелевшими костяшками пальцев. Тогда мы увидели в ее глазах проблеск безумной надежды, и на мгновение в сознании девушки всплыл вопрос: «А что, если…», но здравомыслие быстро вернулось к ней – здравомыслие и страх за принцессу, за сестру, за то, что все задуманное пропадет впустую, если она потерпит неудачу, ударив этого зверя, обагренного кровью веков.

– Брат, – вздохнула Лилид, совершенно раздосадованная. – Какой смысл в этом безумии?

– Это послужит уроком.

– В чем урок, скажи на милость? В залитых кровью полах?

– Просто доставь мне удовольствие. – Черносерд низко поклонился, прижав руку к сердцу. – Такие дары, такая проницательность, такой совет ты дала, милая сестра. Считай это еще одним подарком для твоего слабого брата, который так многим тебе обязан? – Он указал на Моргану, обнажив в улыбке клыки. – Прошу, прикажи своей кровожадной служанке повиноваться мне. Игра, это все игра, сестра.

Лилид поджала губы и провела когтем по подбородку. Моргана застыла, в ужасе переводя взгляд со своего возлюбленного на принцессу и хозяйку. Лицо Рейн было белым, точно у привидения, в разноцветных колдовских глазах читалась мука. Диор едва держалась, словно треснувшее зеркало, и каждая частичка ее тела дрожала, как и наши крылья на ней. Мы понятия не имели, что за забаву придумал Никита, но случайностью это точно не было – ведь он выбрал четырех участников заговора…

– Делай как он приказывает, дитя, – сказала Лилид.

Никита коварно улыбнулся Моргане, указывая на Деклана.

– Пронзи его.

Моргана повиновалась, направив меч на своего возлюбленного. Деклан повернулся боком, обнажив прореху между передней и задней частями нагрудника, и клинок, пробив кольчугу, вонзился ему в живот. Лицо Морганы исказилось, Деклан, задыхаясь, опустился на камень рядом с братом, кровь хлынула на плиты, скапливаясь в трещинах. Никита положил бледную руку на плечо Морганы и вынул окровавленный меч из ее руки.

– Хорошо, дитя, – проворковал он. – Очень хорошо.

И с рыком швырнул девушку через всю комнату.

Моргана с воплем ударилась о стену, раздался влажный ТРЕСК, на камень брызнула кровь. Рейн выкрикнула ее имя, леди Арлинн схватила принцессу за руку, не отрывая голубых глаз от Никиты. В мгновение ока Черносерд возник перед Диор, и его лицо теперь нависло над ней. Он уставился на нее глазами цвета полуночи, скривив кроваво-красные губы и оскалив жемчужно-белые клыки.

– Одаришь нас хотя бы парой слов?

Диор сжала челюсти и с трудом сглотнула. Заговорить, даже пошевелиться значило бы показать, что дары Никиты не имеют над ней власти. Но стоять смиренно и молча…

– Нет? Совсем ничего не скажешь?

Диор встретилась взглядом с Никитой, скрипнув зубами, когда сжимала челюсти, чтобы удержать острый язык. Мы видели тьму в его взгляде, бессчетные убийства, бесконечные равнины с безымянными могилами. Монстр, который разрушил королевство, чтобы стать его королем. Никита вложил окровавленный меч в руки Диор, наклонившись близко, и его губы коснулись ее губ.

– Тогда продолжим игру, дитя.

Он повернулся к возвышению, похлопал себя по бедру и свистнул.

– Тля. Иди сюда.

Лилид вздохнула.

– Никита…

– Не бойся, не бойся. Эта забава уже близится к концу.

Взгляд Рейн был прикован к Диор, мышцы у нее на скулах напряглись. Она прошла по залитым кровью каменным плитам, и все придворные Никиты наблюдали за ней, а их голодные глаза сверкали, как угли затухающего костра. Джиллиан, Деклан и Мейрон лежали в растекающейся красной луже, в воздухе стоял густой запах крови и разорванных внутренностей. Моргана лежала растерзанная там, куда ее бросили, и невозможно было сказать, жива она или мертва. Никита подцепил когтем подбородок принцессы, вглядываясь в холодные магические глаза.

– Посмотри на нее.