Локри встал, ожидая, когда откроется дверь для посетителей. Она открылась, и он увидел вместо беззаботной усмешки Марим или полузабытого лица сестры физиономию старого Монтроза. Локри плюхнулся в кресло на своей стороне от дипластовой перегородки, не скрывая отсутствия энтузиазма.
Монтроз угрюмо улыбнулся.
– Стало быть, Марим уже здесь побывала и сообщила тебе добрую весть?
Удивление немного разомкнуло тугой обруч гнева и боли, когда Локри узнал, что его сестра жива и находится здесь, на Аресе. Даже арест не поразил его так сильно: призрак сестры преследовал его с тех самых пор, как он покинул Ториган.
– Да, – сказал он.
– Но она пока еще к тебе не приходила, верно?
– Ты по делу или как? – приподнялся Локри.
– Нет, потрепаться – мне ведь делать нечего при двух-то работах.
Локри протяжно вздохнул, почувствовав вдруг, что устал до смерти.
– Виноват. Говори, я слушаю.
– Извинения приняты. – Монтроз уперся руками в колени и подался вперед. – Она живет на яхте Шривашти. Тебе это о чем-нибудь говорит?
– Он кто – Архон Тимбервелла? – Локри пожал плечами. – О нем разное болтали, насколько я помню. Интриги чистюль давно уже перестали меня занимать.
– Советую тебе заинтересоваться ими заново. Я пришел сказать, что не думаю, чтобы сестра к тебе пришла, – но не по той причине, которая может первой прийти тебе на ум.
– Спасибо за заботу, только в игры со мной играть не надо.
– Это не игры, но и правды пока не видать, – пробурчал Монтроз. – Одни догадки. Главная из них вот какая: твоя сестра не придет потому, что боится за свою жизнь. И за твою тоже, хотя тебе тут гораздо безопаснее.
– Это здесь-то? – Локри обвел рукой блок № 1, самое укрепленное помещение на Аресе.
– До тебя уж никто не доберется.
– Но кому нужно убивать Фиэрин?
– А родителей твоих кому надо было убивать?
– Мне, – с горечью засмеялся Локри. – Спроси чистюль, они скажут.
Монтроз только фыркнул.
– Стряпня на Аркада отнимает у меня не больше пары часов в день, – пока он не начинает развлекаться – если начинает. Поэтому я помогаю в госпитале и слышу там много разного. – Он помолчал.
– Я тебя слушаю.
– Может, тут никакой связи и нет, но один из пассажиров с корабля, на котором прибыла твоя сестра, был убит, как только вышел из шлюза. Еще одного только что вызвали на дуэль. Двух других поразила загадочная сыпь – такой побочный эффект дает нелегальная сыворотка правды.
Локри снова охватил гнев. На Монтроза, на сестру, на родителей, на себя самого. Особенно на себя и на свою полную беспомощность.
– Родителей убили в пятьдесят первом – четырнадцать лет назад. Не вижу, как все это может быть связано с ними, включая и проблемы, которые могли появиться у Фиэрин.
– Я говорю только то, что вижу, – пожал плечами Монтоз. – Твоя сестра ведет себя осмотрительно, очень осмотрительно. Появляется всюду со Шривашти, но в тех редких случаях, когда бывает одна, говорит со странными людьми. С Жаимом. С Ивардом...
– С экипажем «Телварны». – Перед Локри забрезжила надежда.
– Я буду знать больше, если она случайно окажется рядом со мной в транстубе, – засмеялся Монтроз.
Локри покачал головой – надежда развеялась в холодном свете логики.
– Зачем ты ей сдался? Раз она знает, с кем я летал, то знает, что и проклятый Аркад был с нами. Если уж кто и способен помочь ей – или мне, если она помнит о моем существовании, – то это твой Эренарх.
– Неправда. Ты, наверное, наслушался эту шалаву Марим. Ты же знаешь, что ее не интересует ничего, что не касается ее особы, и она ни шиша в этом не смыслит.
– Уж не хочешь ли ты сказать, что у Аркада нет никакой власти?
– Трудный вопрос, – поджал губы Монтроз. – С одной стороны, мы видим следующее: когда он писает, это слышат везде – от мостика до камбуза. Он задницу не может себе почесать до того, как команда Ванна ее не проверит.
– Значит, он ничего не может сделать?
Монтроз пожал плечами:
– Правительства у них нет, да и не может быть – чтобы его созвать, им надо либо вызволить Панарха с Геенны, либо официально объявить его мертвым. А это функция Аркада или Малого Совета, но раз советники все убиты или находятся в плену вместе с Панархом, кто же назовет их преемников?
Локри впервые за целую вечность задумался о чем-то, кроме собственных проблем.
– Аркад сказал у Бабули Чанг, что хочет спасти отца. Думаешь, это был не просто треп?
– Больше он об этом не говорит. – Монтроз саркастически вздернул свои черные брови. – И о том, как он утек от бомбы у себя во дворце, тоже, хотя все медово-сахарные чистюли, конечно, об этом шепчутся. То ли из-за этого, то ли по другой причине, но он до сих пор не объявил отца мертвым. – Монтроз откинулся назад. – Ладно, оставим его в покое. Что же касается твоей сестры и прочего, я буду держать ухо востро. – Он прищурился, и его тяжелые черты приобрели грозный вид. – У меня тут свой интерес. А пока расскажи-ка мне, что случилось на Торигане.
– Больно мне надо кого-то развлекать.
– Думаешь, нас подслушивают? – фыркнул Монтроз. – Ты будешь смеяться, но это, пожалуй, единственное место, где нет жучков.
– Скажешь, и на тебе их нет?
