Боеприпасов не жалели ни мы, ни они. Мы били всем, чем могли, чтобы минимизировать потери в людях. Они — потому что экономить больше не имело смысла. Свистело и взрывалось с утра до ночи и снова до утра. И так по кругу.
Я вымотался до той степени, что хотелось просто прыгнуть в озеро и полежать на дне несколько недель. Но увы, в озере могли полежать только тяжелораненые. Причем с обеих сторон, мы тащили всех, кого могли.
Оставшиеся лорды с войсками бились остервенело, хотя это не имело никакого смысла. Даже если бы они победили, их сил все равно не хватило бы, чтобы удержать земли. Ведь империя большая, на наше место найдутся другие отщепенцы.
Собственно, с их стороны была такая же логика. Те, кто остались, им нечего терять. Это такие же изгои своего народа, которым дали шанс подняться, завоевав славу в бою. Пауки в банке. Который выживет, тот пусть и правит той самой банкой. На остальных плевать.
— Держи, — Левша протянул мне бутылку с холодным пивом. — Эй, Костя, Рио. Тащитесь сюда.
Левша похлопал по сумке-холодильнику и сам привалился спиной к покореженному металлу — все, что осталось от очередного танка.
— Как в особняке дела? — спросил я, делая глоток. Левша только-только вернулся оттуда.
— Раненных передали халатам, вроде как в этот раз без невозвратных. Всего троих утопили, к утру вытащат и подлечат. А еще там блинчики на завтрак… С вареньем.
— У-у-у… — завыли мы с Рио в один голос.
— Ну не будь ты скотиной, — пробурчал дух. — А то в следующий раз сам будешь от медведя спасаться.
— Да ладно, ладно, — усмехнулся Левша. — Но уже холодные, звиняйте.
Он достал откуда-то плотный пакет. Внутри пластиковая чаша, полная блинов. Варенья, к сожалению, не было. Я взял один блинчик и с удовольствием принялся его поедать, смакуя момент. Костя цепанул два, но под моим осуждающим взглядом замер.
— Че вылупился? Нас же двое тут, так что и блинчиков два. Мы вообще за десятерых тут работаем.
Ну, с последним утверждением сложно было спорить.
— Вторую бутылку все равно не дам, — Левша был непреклонен. — Как в целом обстановка?
— Да вроде как все, — пожал я плечами. — Надо Федорова спрашивать, но не хочу его отвлекать. Думаю, к вечеру управимся и часть сил можно будет отвести.
На третий день битвы враг все же дрогнул и посыпался. По крайней мере не было ни одной контратаки, а наши бойцы двигались по всем участкам. Фрей сообщал, что минимум несколько сотен человек дали деру, спасая жизни. Их никто не трогал.
Были крупные очаги, где прибалты в итоге сдались в плен. На второй день мы поняли, что если выщелкнуть всех командиров и лорда, то простые бойцы гораздо охотней бросают оружие.
Хаос, дезорганизация, бреши в обороне после ухода основной массы сил, брошенные позиции в ключевых точках, все это нивелировало численное превосходство противника.
И все равно битва была изнурительной. Я уже рук не чувствовал. Большую часть сражений я был с бейсбольной битой, лишь иногда переключался на что-то более убойное, когда чувствовал явную дестабилизацию. Но в общей массе разобрать кто тут плохишь, а кого ветром занесло — трудно.
Так что делал боньк, пока запястья не начинали неметь. А там уж остальные бойцы сортировали после меня, кого в озеро, кого в морозильник.
— Босс, — раздался голос в наушнике по выделенному каналу связи. — Вы тут?
— Да, Ник, — напрягся я. — Что случилось?
— Да в целом ничего такого, но вам бы подойти, если не заняты. У нас тут барон один, который хочет видеть вас лично.
— Не Федорова? Не Лисицына?
— Нет, именно вас, босс. Мы в четвертом секторе.
— Рядом. Сейчас приду.
Барон, а не лорд. Значит, речь об империи, а не прибалтах. И раз требуют встречи через Ника, а не напрямую, значит не из наших. А кто у нас из баронов сражается на стороне прибалтов?
Скорей всего Симонов, главный цвет нации в самом саркастичном смысле этого слова. Были еще несколько аристократов, которые присоединились к нему, в основном из мелких баронов и виконтов. Кто-то, как и Симонов, каким-то чудом получил кусок Проклятых Земель, но решил переметнуться. Кто-то вообще не пойми каким боком оказался здесь.
Но меня звал именно Симонов. Одаренный в ранге мастера, скорей всего уже магистр. Прозвище — Пожар, аспект огня в самом странном его проявлении. Симонов манипулировал температурой, но само пламя призывать не умел. Зато мог броню танка раскалить добела одним прикосновением.
Добрался быстро, Ник со своими бойцами был на передовой, у них там было ожесточенное сражение. Если это оказался Симонов со своими наемниками, то теперь понятно, чего они столько возились. И понятно, почему сами вызвались. Старые счеты.
Открывшаяся картина впечатляла. Скалистая местность была плотно усыпана телами наемников, что характерно, в европейской форме, а не обычной Прибалтийского Союза. Наемники Симонова тоже почему-то отдавали предпочтение заграничному трикотажу и технике.
