– Вот именно, – кивнул генерал. – Подождем, когда русские пойдут на приступ. Наши парни неплохо стреляют, у нас есть пушки. Эти русские захлебнутся в собственной крови. Они…
Слова Кирни заглушил грохот взрыва. Это русская мина угодила в склад боеприпасов. Чудовищной силы взрывная волна расшвыряла солдат, которые выкатывали со склада бочонки с порохом.
– Полковник, похоже, что мы не сможем теперь удержать форт, – нервно теребя носовой платок, произнес генерал. – Мы еще постреляем немного, а потом в Снеллинг ворвутся краснокожие. Вы представляете, что здесь тогда начнется? Слышите, как они воют за теми кустами?
Истмен вздрогнул. От жутких воплей индейцев, доносившихся до стен форта, ему стало не по себе. Живя в этих диких местах, он хорошо знал здешние нравы. После того, как эти идиоты Шерман и Джонстон устроили в селениях лакота резню, на пощаду гарнизону форта было трудно рассчитывать. Хорошо, если их всех просто прикончат. Но индейцы постараются сделать все, чтобы последние минуты защитников форта были мучительными…
– Сэр, может быть, пошлем парламентерам к русским и сдадим форт им? – спросил он у генерала. – Русские, как я слышал, проявляют милосердие к противнику, решившему прекратить бесполезное сопротивление.
– Думаете, что они смогут удержать краснокожих от расправы? – с сомнением в голосе спросил генерал. – А если не смогут? Когда краснокожие войдут в форт, что-либо исправить уже будет поздно.
Тем временем разрывы во дворе форта прекратились. Солдаты бросились к пушкам, приготовившись открыть огонь по врагу, который должен был начать штурм Снеллинга.
Но штурмующих колонн и даже отдельных групп вражеских солдат не было видно. Впрочем, выстрелы не прекращались, и то и дело солдаты и скауты, наугад палящие сквозь бойницы в сторону противника, падали, убитые или раненные пулями врага.
Особенно страшные раны наносили пули, которые разносили напрочь черепа и разрывали на части тела защитников форта. После попадания таких пуль человек превращался в покойника.
Время от времени на стенах и во дворе Снеллинга рвались небольшие гранаты, которые своими острыми осколками поражали американских солдат.
– Сэр, а может, они не станут штурмовать форт? – с надеждой спросил Истмен. – Может, они посчитают, что мы, в конце концов, выбросим белый флаг?
– Наш форт, полковник, не форт Мак-Генри. И здесь нет Френсиса Скотта Ки, который прославит нашу оборону, – с горечью произнес генерал. – Как там у него?
– Только, похоже, полковник, на этот раз Бог отвернулся от нас…
Истмен подошел к парапету, ограждавшему орудийную площадку на круглой башне, и взглянул вниз.
– Поздравляю, сэр! – воскликнул он. – Русские уже здесь!
Генерал рванулся было к парапету, но тут рядом с ним взорвалась вражеская граната. Кирни закрыл лицо руками. Сквозь пальцы на его мундир закапала кровь…
– Сэр, вы ранены! – воскликнул Истмен. – Сейчас я позову лекаря!
Но, похоже, Кирни уже ничего не слышал. Он упал на колени, а потом вытянулся во весь рост на полу башни. Истмен с ужасом увидел, что лицо генерала изуродовано, а вместо правого глаза зияла кровавая рана.
– Нет, надо как можно скорее остановить эту бойню, – решил Истмен. – Они просто перебьют нас всех, а тех, кто уцелеет, индейцы замучают у столба пыток.
Комендант форта отдал приказ выбросить белый флаг. Стрельба прекратилась, и со стороны противника раздался голос, напоминающий трубный глас архангела Гавриила:
– Всем выйти из форта. Оружие сложить у его ворот. Предупреждаем, что в случае сопротивления вы будете уничтожены. Сдавшимся гарантируем жизнь и медицинскую помощь.
– А может, вы отпустите нас домой? – попытался поторговаться Истмен.
– Этого мы вам не обещаем. Во всяком случае, до полного прекращения боевых действий. К тому же, джентльмены, ваша страна уже начала боевые действия против союзной нам Мексики.
– Не может быть! – воскликнул Истмен. – Нам об этом ничего не известно!
– Однако это так.
Подполковник со вздохом отстегнул свою саблю. Он направился к воротам, у которых уже возились солдаты, разбиравшие сваленные возле них повозки. С лязгом и скрипом ворота открылись, и гарнизон, выходя из форта, стал покорно складывать оружие, которое принимали невесть откуда взявшиеся казаки в зеленом пятнистом обмундировании и со странным оружием в руках.
