Картины Сезанна выполнены в несколько резкой манере. Одного взгляда достаточно, чтобы увидеть их отличие от работ импрессионистов, но понять, в чем же конкретно состоит это отличие, непросто. И только изучение творческого пути Сезанна поможет нам разобраться, почему именно Сезанн стал родоначальником такого явления, как сезаннизм, который оказал значительное влияние на постимпрессионистов и на все последующие течения начала прошлого века, в том числе в нашей стране – например, «Бубновый валет».
Однажды отец Поля, Луи Огюст Сезанн, узнав о намерениях сына стать художником и будучи категорически против, произнес интересную фразу: «Талант губит, кормят деньги». Несмотря на кажущуюся парадоксальность этой фразы, она по-своему актуальна и по сей день. Ведь ныне время чистогана, которое, кстати, очень напоминает те годы, в которые жил Сезанн. А жил он во времена Наполеона III, когда основной лозунг был – «Обогащайтесь!». Это во многом и стало причиной событий, сотрясавших тогда Францию, а именно Парижской коммуны и ее кровавого подавления версальцами.
Луи Огюст Сезанн был одним из тех, кто разбогател на спекуляциях. Родители его были бедными ремесленниками и долго не могли выбраться из нищеты. Но все же дали Луи возможность учиться в Париже. После окончания колледжа Луи уехал в провинциальный Экс-ан-Прованс, где практически все местное население разводило кроликов. Но молодой предприниматель открыл другое дело: стал производить фетровые шляпы и успешно торговать ими. Он был достаточно жестким и последовательным человеком в достижении статуса богача, к которому упорно стремился. И стал впоследствии банкиром. После того, как разорился банк в Экс-ан-Провансе, он стал ссужать кролиководов деньгами и смог таким образом подняться. Мы заостряем внимание на отце Сезанна, человеке крутого нрава, потому что, как уже не раз говорилось, многое в характере потомков закладывается родителями.
Так, жесткость отца, его воля, решительность и цепкость безусловно оказали большое влияние на становление своего отпрыска как личности. Конечно, он подавлял сына. Поль стал замкнутым человеком. Недаром позже друзья называли его «отшельником из Экса». Суровость воспитания повлияла и на его семейное положение, когда, будучи робкого десятка, он не мог долго обрести супругу. А в итоге нашел женщину – Ортанс Фике, которая никогда не питала теплых чувств и с равнодушием относилась к творчеству мужа. Супруги до конца своих дней соблюдали дистанцию. Более того, когда он жил в Эксе во второй половине жизни, она уехала в Париж, потому что, всю жизнь стремилась только к праздности и веселью.
До знакомства с Полем Фике была швеей, потом брошюровщицей, а затем стала позировать этому замкнутому, стеснительному человеку, который, сгорая от желания, долго не мог признаться ей в любви. Этот странный союз оказал влияние на окончательное формирование характера мастера. Остается признать, что рядом с ним не оказалось женщины, которая поддерживал бы его в трудные минуты, да и просто любила, как, например, любила Ренуара его супруга Алина Шариго, которая готова была делать все, лишь бы Огюст занимался творчеством и продвигал свои работы. Она поддерживала все его начинания, а когда Огюст заболел, то окружила его всемерной заботой, вкладывала ему кисть в руки, подавала краски… Сезанну же со своей второй половиной не повезло.
Приятели Поля довольно иронично относились к Фике и называли пренебрежительно «La boule», что в переводе означает «шар». Такое прозвище она получила, потому что была крупного телосложения, а к концу жизни еще больше округлилась. Позже исследователи пытались проследить ее судьбу, но им ничего не удалось узнать. В жизни же Сезанна она сыграла немаловажную роль. Не меньший след в его судьбе оставил и Эмиль Золя.
