— Куришь, значит? — обратился к нему недовольный, расстроенный Пит. — Показывай, что там у вас?
Следователь проводил его в кабинет покойника, но Криворотому там, видно, не очень понравилось, потому что через минуту он уже опять был на крыльце.
— Пролежал, а вернее, просидел в своем кабинете более двух суток, — пояснил Беспалый, — убит в ту же ночь, что и Демшин. Еще рано делать какие-то выводы, но думаю, что и здесь не обошлось без дамочки.
— Почему ты так думаешь?
— Во-первых, почерк — опять пуля в лоб, а во-вторых, вот… — Он достал из кармана полиэтиленовый кулечек, на дне которого лежало сердечко с надписью «Андромаха». — Это я нашел в кабинете директора.
— Алика прихлопнула поликарповская шлюха? — аж присвистнул Пит.
— Я ведь сказал, еще рано делать выводы. Подождем результатов экспертизы.
— Тебе, может, рано, а мне не рано! — глубокомысленно заметил босс. — Хотелось бы мне знать, чего надо поликарповской шлюхе на моем… объекте? — Он чуть не произнес «на стратегическом объекте», но вовремя осекся. — И я знаю, кто мне ответит на этот вопрос! — Он был необычайно порывист, и охрана едва поспевала за ним. Кинулся к машине, схватил радиотелефон и отчаянно начал тыкать в кнопки. — Карпиди мне! — крикнул он в трубку. — Кто спрашивает? Какая тебе разница, кто спрашивает, сука е…ая! Пит Максимовских спрашивает! Давай сюда босса, и поживей!
И охранники, и следователь стояли как вкопанные, с тревожным выражением на лицах. Они прекрасно понимали, какие могут быть последствия разговора между боссами, выдержанного в подобном тоне, и с облегчением вздохнули, когда Пит швырнул радиотелефон обратно в машину со словами:
— Эта свинья укатила в Москву! Там еще его не видели! У тебя все? — обратился он к Беспалому, залезая в автомобиль.
— Одна маленькая деталь, — откликнулся тот.
— Ну? Не тяни!
— Сегодня ночью кто-то побывал в магазине, — с загадочным видом сообщил Пал Палыч. — У нас имеется свидетель, который видел, как двое мужчин подъехали к главному входу на белой «Волге» и вошли внутрь…
— Тьфу ты! — сплюнул Криворотый и послал следователя в такую даль, что тот пришел в себя лишь после того, как машина босса исчезла с Западной улицы.
Пит торопился. Все разом навалилось на него в это утро. Два звонка, один за другим, поднявшие его с постели, совершенно выбили из колеи.
Первым позвонил Беспалый и сообщил о найденном трупе Алика. Почему-то он сразу почувствовал связь этого убийства с убийством на Рабкоровской. Поликарп давно хотел запустить лапу в его организацию. Теперь все становится на свои места. Значок «Андромахи» дорогого стоит. Человек Карпиди выслеживает кого-то с явной целью убить. И в ту же ночь погибает Алик, директор будущего оружейного магазина. И погибает не абы где, а в том самом месте, где у них склад с боеприпасами. Осталось только понять, какое отношение имел Алик к Рабкоровской… И тут Криворотого заклинило. Едва он доходил до этого трущобного района, как задача становилась неразрешимой. Алик, как и многие люди Пита, жил на Московской горке, в районе нуворишей. Может, на Рабкоровской обитала его очередная пассия? Алик неразборчив был в связях, так что можно предположить и такой вариант. Демшин наблюдал за ним в бинокль, но пристрелить не успел, потому что помешала эта долбаная Алиса, дочь Овчинникова, явившаяся из небытия, и пристрелила самого Демшина. Значит, Алик вышел сухим из воды. Откуда же взялась эта блядь из «Андромахи»? И почему Алику среди ночи вздумалось ехать на Западную? Может, он что-нибудь забыл у себя в кабинете? Может, какой подарок для своей пассии? И прихватил пассию с собой. Тогда выходит, что пассия — это девка из «Андромахи». Почему нет? Она подстраховала Демшина, вот и все… Пит вполне удовлетворился собственной версией и даже отыскал мотивировку покушения на Алика. Поликарп таким манером выказал свою точку зрения по поводу открывающегося оружейного магазина. Что же касается склада боеприпасов, то о нем даже Алик не знал. Пит и сторожа запретил ему держать в строящемся магазине, чтобы не привлекать внимания к складу, до которого не добраться ни одной живой душе!
Второй утренний звонок его больше смутил, чем испугал. Звонила Светлана Васильевна Кулибина, директор ювелирного магазина, любовница его предшественника. «Нам с вами надо срочно встретиться, Петр Николаевич!» — «Может, не сегодня?» — «Я настаиваю!» Не ожидал он от нее такой прыти. Она себе позволила слишком дерзкий тон! Неужели Хлюст засветился? Что еще могло ее так раззадорить?
Слежку за Светланой установил не Пит, а прежний босс Стародубцев, которому донесли о связи его любовницы с Балуевым. Правда, директриса тогда выкрутилась: они, видите ли, с женой Балуева старые подруги, и с Геннадием Сергеевичем у нее приятельские отношения. И Стар поверил! После его смерти Пит не снял наблюдения за Кулибиной. Он не верил в «просто дружбу» Светланы Васильевны с помощником Мишкольца, его заклятого врага.
