Пациент спит, подёргивая раненой лапой во сне. Наступило время для разговоров со своим отцом и, кхе, похоже, новой родственницей.
— Чай выпей, я чебреца туда добавила, — молодец Сая! Никакого подобострастия, притворства или мнимой, вдруг вспыхнувшей материнской любви. Всё согласно мировому порядку, а кто не в теме — пусть идёт лесом, вон его сколько вокруг.
— Давно мутите? — спросила их, а самой уже и не интересно. К Ваньке хочу. Как он мне говорил? "… я без Анечки умру."
— Около года, — отвечает Сая, папка молчит, жуёт отросший ус, нервничает, видимо. — Михаил ещё парализованным был, а я уже с ума по нему сходила.
Дитя лесов, блин, Сая эта. Так откровенно мне, по сути ребёнку, об этом говорит. Смотрю на неё и понимаю — predator communis. (хищник обыкновенный лат.) Похоже планы у неё были давно сложены.
— Кто ты, Сая?
— Я — шаман, влюблённая женщина, лечить вот, иногда, могу.
— Неееет, это мне всё известно. Тотем у тебя какой? — я всеми ушами, лапами и шкурами чувствую, что задала самый верный вопрос, почему раньше не узнала?!
Сая останавливается, оглядывает меня пронзительно и удивлённо. В глубине чёрных глаз мне мерещатся жёлтые всполохи вертикальных зрачков, неужели?..
— Верно, Инди, — уголки губ приподнимаются, показывая лёгкий оскал. — Я — редчайшая. И было большой удачей вам оказаться в моих владениях.
— Но тогда ты…
— Твоя первая смерть сняла с меня эту обязанность. Кобра, проведшая ритуал убийства и воскрешения рыси, никогда не станет Ключом. Теперь моя основная забота — это он, — кивает небрежно головой в сторону отца. — А тебе придётся труднее. Твоя рысь имеет полное право взять жизнь твоего мужчины. Ей не понравилось умирать за него.
— Тогда… в Питере, я ещё не умирала, я могла остаться там с ним! — лепечу я от осознания своей проблемы.
— Тогда твой отец остался бы инвалидом навсегда, он на ладан дышал, забыла?
— Но ты всё равно обманула меня, зачем?
— Кто знает, на что способна девушка, впервые влюбившись? Ты должна была оставаться девой до ритуала.
— Я не была влюблена, — почему хочется оправдаться перед Саей и отцом?
Понятно всё. Я отдала не только свою жизнь, я отдала… да и пофиг! Буду вечной девицей, зато не убью никого.
— Да? Ну, тогда и обижаться не придётся, — коварно улыбнулась шаманка. — Дальше жить продолжим.
Теперь его зовут Мстислав. Рождённый в период враждования Юга и Севера современного Американского континента, он вынужденно искал лучшее место для исполнения своего предназначения. Сколько дорог исхожено? Да миллионы километров! За долгий жизненный путь набежало и того больше.
Нибиру не часто разговаривает с ним, но в этой жизни, в которой Мстислав стал одним из высших чинов военной разведки Российской Федерации, он просто не затыкается. Его бог, создатель, его проклятье! Голос, что разрушает любые потуги и попытки мыслить самостоятельно.
— " Ты не должен забывать, зачем ты здессссь".
— " Я не забываю. Просто… так много времени уже прошло".
— " Жалкие человеческие триста лет".
— " Я же человек, для меня это ощутимо".
— "Ты — не человек! Ты моё создание, не вздумай считать иначе, знаешь последствия".
— " Если честно — нет, не знаю. Сколько себя помню я всегда в рамках. Всегда на связи с тобой".
— " Не знаешь? Что ж… я повторю. Когда я отправил первых живых на Землю, я обещал только одно: развяжете узел — познаете счастье. Живым, так понравилось быть живыми, что им больше ничего и не надо было. Однажды один нунган попытался обойти мои правила. Знаешь, что пришло в голову этому безумцу?".
Мстислав молча вертит головой в отрицательном жесте. В место для общения с Нибиру никто не входит. В грустной тишине можно делать что угодно.
— "Конееешно не знаешь, поэтому в тебе столько дерзости!", — Нибиру являлся редко своим последователям, но почему-то в этот раз он не стесняется появиться. Высокая фигура возникла перед мысленным взглядом Мстислава. Всполохи серебра покрывают чёрное тело. Глазницы полны ослепляющего света. Бог пришёл напугать своего последователя? — Он решил перестать общаться со мной. Когда я разобрался в предательстве, стёр его душу в порошок. Следующим стал ты. Не разочаровывай меня".
— "Я не давал тебе повода усомниться во мне. Просто прошу не давить тааак сильно", — верховный нунган упал на колени, обхватив руками голову, пытаясь усмирить резко вспыхнувшую головную боль. — "Аааааа, вспышки… я что-то забыл! Что-то очень важное…"
Нибиру легонько приложил огромную ладонь к затылку последователя. Почти по-доброму оглядывая создание.
— "Тебя касались мерзким камнем. Сейчас я помогу вспомнить…"
Боль ярко разлилась от черепа по всему позвоночнику, достигая всех нервных окончаний Мстислава. Перед глазами замелькали кадры. Убийство мальчишки, обнаружение барса, затем муж, чей муж? Муж убитой… Москалёв! Квартира… ощущения опасности… он только собирался повернуться и… темнота.
— "Невероятно!", — Нибиру отошёл от Мстислава. — Стерва выпустила в свет рысь".
Создатель гулко заходил в пространстве, то ли собираясь низвергнуть своего последователя, то ли раздавить ему голову.
