Рядом с рысью две бывшие игрушки, которых дурёха Земля превратила в своих аниматов, ну уж пусть простит! Так же как в случае с волком, они никогда не смогут стать полностью её созданиями! Парочка, мнившая себя сверханиматами, послушается его и сдаст рысь, а дальше… дальше бог с удовольствием дождётся всех остальных представителей и адептов, так нужных Земле.
— " Хм… всегда хотел оросить это место кровью. В этот раз она будет сочиться даже из камней!" — строил планы Нибиру. — "Пусть только Архипа поможет мне немного, и рысь окажется сговорчивой!"
Шкура таёжного охотника пришлась впору. Большой, Высокий, такие шкуры бог уважал больше всего, легче приспособить к своей немаленькой энергетике.
Каждый раз, прикладывая талисман к ударь-камню, все аниматы совершали одну и ту же ошибку. Каждый раз, вход к Земле отшвыривал недоучек подальше от себя. Порой, ломая хребты и ноги. В этот раз нужно быть готовым, что до идиотов дойдёт истина.
— "Надеюсь, медведь, ты очень любишь свою рысь! Именно на тебя у меня большие планы! Вернее, на то, что у тебя так блестит в грудине".
— Привет, рысёнок! Я так давно ищу тебя! — бурятище приближается ко мне растопырив руки, а я непроизвольно взвиваюсь вверх и без оглядки мчусь вглубь тайги. Да ну нафиг! Лапа, лапы, делаем лапы! Эта странь настолько радушный, насколько неестественен! Это не охотник! Это Нибиру! Я научилась определять его энергетику и нынче совсем не настроена, общаться с богом убивающим всё нормальное. Поэтому, ещё раз: лапы, лапы!
— Думаешь убежать от меня? — ласковый голос раздаётся позади и не на том расстоянии, на которое я рассчитываю.
Усиливаю динамику, херачу по веткам лапулями, по дороге считываю, что происходит в тайге. В целом новости не ахти. Горит родимая! Горит как раз в районе ударь-камня! Кто б сомневался?!
— Sero venientĭbus ossa, (поздно приходящим достаются кости, от лат.) — шиплю в гневе невероятном, но скорость не сбавляю.
— Невероятная рысюха! Ну, обернись хоть, кисточноухая, — позади не отстают, кстати, какого хрена?! Я бегу уверенно и быстро. Чуть кручу головой, оххххх ты ж твою мазефаку! За мной бежит барс! Снежный! В тайге! И снега нет…
— Отвали от меня!
— Ха! Нехорошо, так крёстного отшивать, — это не Ариф! Это та самая странь, по кличке Нибиру.
— Да какой же ты крёстный, собака, — бурчу себе под неунывающий нос, ну его нафиг! Срочно через пожар к ударь-камню! Оххх, Ванька! Зря я тебя нейтрализовала! Спасай давай меня скорее! — Мяяяяярррррр!
— А ну остановись!!! — орёт порядком отставший барс. Ха! Конечно, я ж в пламя ныряю! Чему противится все мои рысьи инстинкты.
Подпаливаю шкурку, качусь по земле, к водице влечёт. Поплаваем? Почему нет? Ныряю со всей дури в речушку и плыву под водой. Нонсенс! Вода не моя стихия, но я, словно малёк рыбы-пилы, агрессивно освобождаю себе путь лапами. Смогу! Доберусь! Всех спасём! Надеюсь, себя тоже!
Выныриваю где-то в районе каменной опушке, водопад стремительно бьёт по камням и нет никакого пожара. тяну вверх вымокшее тело, шерсти на нём почти нет, как и одежды… холодно. Оглядываю местность сумасшедшим взглядом. Они не прибыли сюда ещё. Ванька в отрубе, Сумеречная думает, что успевает, Шустая, как и Ариф, оказывается недонунгоном. Вывод: время играет против меня!
— РРРмяк, — раздаётся где-то поблизости.
— Пятнашка?
— Мррряяяк, — моя рыська переминаясь с лапы на лапу смотрит диким взором, осуждает за купание.
— Ты… здесь, — я так рада хоть одному существу, которое не могу причислить к предателям. — А я вот…
— А ты попалась, — раздаётся утробный рык рядом.
Шоно резко съезжает на обочину и ударяет по тормозам. Дорога не пустая. Чёрный силуэт неспешно переходит проезжую часть, в правой руке у него нечто с отблеском серебра. Волк не спешит глушить двигатель — чувствует опасность.
Дзынь… нечто в руке чёрного силуэта высекает искры. Ловко подбросив предмет, тем самым вызывая новый отблеск на ночной дороге, тёмный пешеход невероятно быстро ловит его и, придерживая уже двумя руками, устремляется к автомобилю с Шоно.
— Да как же вы меня задолбали! — злобно шипит волк. — Задрали, твари чёрные! Эй! Сейчас от тебя грязное пятно останется!
Он с яростью попытался дёрнуть ручник и нажать на газ, но… рыаг занимает увесистая пушистая лапа, выпустившая когти.
— Слушай, Пятно! Может, сама за руль сядешь?! Ёшкырган зелёнобородый!
— Рррр, — грубит рыська, не убирая конечность. Зыркает на Шоно инфракрасными глазами, чуть головой мотает, приглашает обратить внимание на приближающегося.
Свет фар не позволяет рассмотреть лица, до волка доходит наконец убрать дальний свет. По капоту легонько ударяют мечом, мягкое ближнее освещение выхватывает черты девчонки.
— Привет! Мне наказали тебя здесь поджидать, а ты и впрямь появился, — Дашка во всю лыбится.
— С ума сошла! А если бы я сбил тебя?! — орёт Шоно, выпрыгивая из машины и хватая за плечи малолетнюю идиотку.
Выпендрилась, называется! Сидела себе в кустах, поджидая волка, и сидела бы дальше, зачем этот переход надо было изображать? Ещё и полёт меча от Ави репетировала, дура!
