Сотрудники Института истории рабочего движения после того, как его возглавил известный своими националистическими взглядами Ф. Туджман, стали инициаторами пересмотра истории хорватского народа. На первый план выдвигались его вековое стремление к самостоятельности. Но, если раньше подобные обсуждения проходили в закрытом режиме и редко становились достоянием общественности, то теперь их содержание стало регулярно публиковаться на страницах газет и журналов Матицы хорватской. Институт активно использовал памятные даты из исторического прошлого республики, чтобы лишний раз напомнить обществу о хорватской самобытности.
В 1968-1969 гг. наблюдается подъем хорватского «массового движения», которое характеризуется приходом в руководство СКХ молодых партийных лидеров с новыми идеями и своими представлениями о будущем Хорватии. Еще во время обсуждения «Декларации» они продемонстрировали свои симпатии чаяниям хорватской интеллигенции, выступившей в защиту хорватской национальной самобытности, культурных традиций и права хорватского народа на свой литературный язык.
VI съезд СКХ (5-7 декабря 1968 г.) отличался, по словам хорватского историка Д. Би-ланджича, от всех предыдущих: в воздухе витала атмосфера движения против окостенелых структур, против союзной администрации, за укрепление автономии республик, за большее уважение национального фактора, за ликвидацию союзных фондов. И все это окутывалось фразеологией самоуправления, что являлось «„великолепной11 защитой от догматических и унитаристских сил»103. Съезд, главным образом, закончил смену партийцев военного поколения, большинство членов ЦК составляли теперь люди в возрасте около 45 лет. На съезде главными фигурами были В. Бакарич и М. Трипало104. Последнего избрали секретарем ИК ЦК СКХ.
Молодые хорватские лидеры (С. Дабчевич-Кучар, М. Трипало, П. Пиркер), придя к власти в республике, озвучили идею «власть для народа». Они заявляли, что руководство должно стремиться действовать в интересах граждан, которые могут донести до власти свои чаяния через средства массовой информации и во время общественных мероприятий. Такие популистские заявления устраивали широкую общественность, националистические круги, а также союзное руководство во главе с Й. Броз Тито, которому были симпатичны молодые, уверенные в себе партийные кадры, способные, по его мнению, осуществить задуманные в стране реформы.
М. Трипало позднее вспоминал: «Это определенно было явление, которое зародилось после долгого бюрократического безразличия, стало причинной пробуждения масс, которые захотели участвовать не только в проведении, но и в выработке полити-ки»105. М. Врхунец, шесть лет проработавший с Й. Броз Тито, отмечал, что популярность хорватских политиков в республике превосходила популярность самого главы государства. Во время массовых мероприятий присутствовавшие скандировали вместе с именем Тито имена С. Дабчевич-Кучар и М. Трипало. Они были уже не столько партийными, сколько национальными лидерами. Воодушевленные широкой поддержкой, хорватские руководители заговорили о массовости движения в Хорватии.
Молодые коммунисты выступили с серьезными экономическими инициативами, направленными на достижение Хорватией большей экономической самостоятельности. Среди них: реформирование банковской системы, децентрализация валютных фондов, передача экономической власти рабочим организациям, общинам и республикам. По их инициативе был поднят вопрос о «чистых доходах», то есть о желании самим распоряжаться доходами республики. По сути, хорватские предложения означали стремление к большей экономической самостоятельности в рамках Югославии. Эти действия хорватского руководства привели к конфликту Хорватии с союзными органами и вызвали раздражение у остальных югославских республик. За экономическими требованиями последовали политические претензии к федерации.
