Как объясняет венчурный капиталист Марк Андриссен, перед Биткойн лежит огромный простор для деятельности: «Лишь примерно в двадцати странах по всему миру есть то, что мы можем назвать в полной мере современными банковскими и платежными системами; остальным – их около 175 – предстоит еще долгий путь. В результате этого множество людей во многих странах отрезаны от продуктов и услуг, которые мы на Западе считаем самым обычным делом. Даже
А Чарли Сонгхерст утверждает, что «состояние государственной денежной системы в конечном счете является результатом уровня законодательства в стране. У неудовлетворительных правительств и денежные системы будут неудовлетворительными. В этих-то странах Биткойн, скорее всего, и будет процветать. В США, ЕС, Японии официальная валюта остается достаточно безопасным средством хранения сбережений (по крайней мере, для каждодневных расчетов) и выгода от альтернативной бухгалтерской системы минимальна. В Аргентине, Ираке, Венесуэле и некоторых других странах ситуация иная. Там биткойны займут место долларов с черного рынка (и будут гораздо полезнее, чем официальная валюта). Но их, в отличие от нелегальных долларов, можно использовать по всему миру – иными словами, вы можете пересечь границу и отправить себе биткойны по электронной почте, а вот доллары у вас конфискуют на таможне». Сонгхерст также видит потенциальную возможность того, «что все валюты станут цифровыми и конкуренция устранит валюты неэффективных правительств. Влияние беспроблемных онлайн-операций запустит стандартные процессы консолидации и глобализации, и у нас на руках в конечном итоге окажется шесть цифровых валют: доллар США, евро, иена, фунт, юань и биткойн».
Существуют также интересные примеры, как технология блокчейн могла бы повысить эффективность системы и создать потребительский излишек. Крис Диксон, партнер Марка Андриссена, указывает на отсутствие комиссий в системе: «Допустим, вы продаете электронику в интернете. Прибыль в таких предприятиях, как правило, составляет менее 5 % – это означает, что обычные 2,5 % комиссии за платеж ополовинивают ее. Это деньги, которые могли бы быть инвестированы в дело, переданы обратно потребителям или обложены государственным налогом. Из всех этих вариантов отдать 2,5 % банку за перекидывание битов туда-сюда в интернете – самый худший. Еще одна проблема, с которой сталкиваются в этой связи торговцы, – прием международных платежей. Если вам интересно, почему ваш любимый продукт или услуга недоступны в вашей стране, ответ часто заключается в процессе оплаты».
Андриссен также видит особенную пользу в способности биткойнов легко разбиваться на микроплатежи. Это может оказать положительное воздействие на контент-провайдеров из отрасли СМИ, по которой ударило снижение доходов от подписки и рекламы. Вот что он говорит об этом: «Одна из причин, почему медиапредприятиям, таким как газеты, все труднее взимать плату за свой контент, состоит в том, что приходится платить либо всё (полную цену подписки на весь контент), либо ничего (это кончается обилием жутких баннеров, которые в Сети на каждом шагу). И вот тут Биткойн предлагает экономически жизнеспособный способ взимания произвольно дробных сумм за отдельную статью, или раздел, или за час, или за проигрывание видеоролика, или за доступ в архив, или за оповещение».
Микроплатежи Биткойн можно даже использовать в борьбе со спамом. Если отправка электронного письма стоит 0,0001 биткойна, например, то для обычного пользователя стоимость будет незначительной. А вот спам-рассылки на миллионы электронных адресов писем с просьбами о срочной помощи для «путешествия» или уведомлениями о «счастливом» выигрыше в нигерийской лотерее могут стать экономически невыгодными. Это, возможно, пока что один из лучших аргументов в пользу Биткойна.
Некоторые причины энтузиазма по поводу биткойнов можно даже назвать оригинальными. Когда я спросил еще одного из партнеров
«А вот в этот раз я покупал вино на виноградниках на севере с руководством
