Вскоре показался большой поселок или, скорее, маленький город под названием Покров. На самой его окраине наткнулись на трещину, что рассекла шоссе от обочины до обочины, а в ширину выросла почти до трёх метров: дна её видно не было, внизу, во тьме, что-то посверкивало.
— Прыгать не будем, — предупредил Андрей. — Лучше обойдем, а заодно и вон тот домик…
Крайний дом у правой обочины выглядел так, словно его оплел паук, свихнувшийся на зеленом — нити всех оттенков этого цвета образовывали нечто вроде кокона, из которого торчала труба.
— А подраться? — с надеждой спросил Илья.
— Мало ты сегодня дрался? — Андрей посмотрел на соратника осуждающе, и тот немного увял.
Обходить пришлось не один дом, а сразу несколько — коконы всех цветов радуги укутывали несколько строений подряд. Сама возникла эта хренота или стала результатом «творчества» какого-то монстра, так и осталось неясным — все время, что потратили на обход, не увидели никого, хотя Андрею показалось пару раз, что коконы подозрительно шевелятся.
Дальше уткнулись во втиснувшееся между домами «болото», а за ним обнаружился вал из земли, из которого торчали металлические «спицы», каждая толщиной в метр, с невероятно острым кончиком.
— Очень мне не хотелось бы очутиться на той «расческе», — сказала Лиза, — и вообще, мне кажется, что с этим городом что-то не так… Если никто не против, решим проблему глобально?
Андрей глянул на Илью, тот равнодушно пожал плечами, и они сдали ещё к северу, чтобы обогнуть Покров со всеми его препятствиями по хорошей дуге. Перешли через речку, пересекли дорогу, и западнее стало видно большое озеро, а за ним ещё одно — поменьше.
Над первым вскоре поднялся столб воды, а через мгновение такой же, немного ниже, вздыбился над вторым. На берегу дальнего водоема засуетились крошечные с такого расстояния фигурки, давая понять, что эти места являются охотничьими угодьями «лягушек».
— Неудача, — оценил ситуацию Андрей. — Я уже думал место для ночлега искать, а теперь придется отойти подальше. А в самом худшем случае — ещё и оружие в ход пускать.
Но занятые какими-то своими делами «лягушки» троицу путешественников то ли не заметили, то ли решили не нападать. Ну а те шли до тех пор, пока не начало темнеть, и на ночлег остановились в лесу, вдали от всякого жилья.
Андрей, в этот раз освобожденный от стражи, отлично выспался, а когда утром вылез из палатки, обнаружил, что их ждет ещё один теплый день.
— Все тихо? — спросил он у сонного Ильи.
— Как в могиле, шеф, — отозвался тот. — Шевелим копытами?
— Ещё как шевелим.
Свернутая палатка заняла место в рюкзаке, и они отправились дальше — в ту сторону, где поднималось солнце, единственное, что совершенно не изменилось после катастрофы.
Хотя кто знает, может, и со светилом тоже непорядок, но его не увидеть просто так?
Миновали пустынную и тихую деревню Киржач, и тут над горизонтом появилось крохотное серое облачко. Когда приблизилось, распалось на десятки пятнышек, а те постепенно обрели форму — пушистый венчик наверху, стебель с утолщением — внизу.
Они напоминали семена одуванчика, увеличенные в десятки раз.
— О, какая ботва, — сказал Илья, таращась вверх. — Что-то новенькое, ёкарный корень?
— Боюсь, что не менее опасное, чем старенькое, — заметил Андрей, оглядываясь в поисках убежища.
Облачко летело прямо на них, и к тому моменту, когда оно окажется прямо сверху, он предпочел бы иметь хоть что-нибудь над головой.
— Вернемся в деревню? — предложила Лиза, которой «семена» тоже внушали беспокойство.
— Давай, — решил Андрей. — И побыстрее.
Они сломали засов на калитке крайнего с этой стороны дома, быстро пробежали через двор и укрылись под навесом крыльца, не особенно большого, но выстроенного с добротностью.
И тут одно из «семян» пошло вниз — не особенно резко, но целеустремленно.
— Ого! — воскликнул Илья, когда «семечко» зависло на высоте метров пять над дорогой и принялось вращаться подобно громадному зонтику из варьете. — Может, пальнуть по этой хрени? А то болтается тут, напрягает конкретно, словно шпилька в заднице.
— Не стоит, — сказал Андрей, глядя, как с длинных белых волосков летят капли прозрачной жидкости.
Что происходило там, где они падали на асфальт, видно не было из-за забора, но Соловьев не хотел бы оказаться под этим дождиком. А ещё ему очень не нравилось то, что эти штуковины, не выглядевшие особенно живыми, могли взлетать и опускаться по собственному желанию.
Второе опустилось немного дальше и почти уткнулось в землю, третье вонзилось в крышу дома на другой стороне улицы и пробило шифер, точно копьё — щит из тонкой бумаги, только осколки брызнули. Стебель скрылся внутри, волосики венчика напряглись, встали дыбом, и «семечко» выскочило обратно, оставив дыру примерно метр шириной.
Пошло в небеса, а за ним двинулись остальные.
— Кажется, все утряслось, — сказал Андрей, когда облачко унесло за пределы Киржача.
Выйдя на улицу, они обнаружили в том месте, над которым висело «семечко», дымящуюся ямку в асфальте, небольшую, в ладонь глубиной, но очень впечатляющую.
