Самому Андрею выпало сидеть у двери вечером, а присматривать за окрестностями — во вторую часть ночи, ближе к рассвету. На сон осталось не так много, но он спорить не стал, понимая, что затеять склоку сейчас, когда все вымотаны и взвинчены, легче легкого, да только если она начнётся, их шансы выжить резко упадут.
Илья, когда его известили о принятом решении, принялся ворчать и ругаться, называя всех «трусами поиметыми», но быстро остыл, когда его отвели наверх и показали, сколько «собак» вокруг дома.
Точно сосчитать их было невозможно, но число, по прикидкам Андрея, перевалило за сотню.
— Да, ну влипли, — мрачно заметил бритоголовый. — Сбежались, блин, со всех окрестностей, уроды лохматые. Ладно, надо пожрать, подремать, а там, глядишь, кое-что само рассосется.
Для воплощения в жизнь этого замысла выбрали одну из квартир первого этажа.
В ней, судя по скудной обстановке и обилию пыли, постоянно никто не жил, а люди появлялись лишь изредка. Зато здесь Андрея не преследовало неловкое ощущение, что без спросу пользуешься чужими вещами, ну а решетки на окнах выдержали бы даже атаку «гориллы».
После трапезы Илья ушёл в меньшую комнату, где стоял раскладывающийся диван. Андрею и Лизе на двоих досталась полуторная кровать с матрасом и подушками, но без постельного белья.
— Можно поспать, — сказал Андрей, рассматривая её, затем перевел взгляд на Лизу. — Или не только поспать?
— «Не только» будешь с мутантами! — решительно сказала девушка. — Я же вижу, что тебе та белобрысая понравилась! Ведь понравилась? Признайся! Я видела, как ты на неё пялился, будто ворона на падаль! И чего только ты в ней нашёл? Нет, я теперь тебя и близко не подпущу.
Да, огромные города могут опустеть, на месте жилых домов возникнуть синие озера и рощи «секвой», коровы — обзавестись крыльями и привычкой сосать кровь из людей, а собаки — человеческими головами, но беспричинная женская ревность останется той же самой.
— Ты сама веришь в то, что говоришь? — спросил Андрей.
— Да! — Лиза надвинулась на него, яростно сверкая глазами и размахивая кулаками. — Ты вообще…
Но тут он сделал шаг навстречу и прервал поток обвинений самым приятным способом — поцелуем. Девушка задохнулась, попыталась отстраниться, но попытка эта оказалась на диво кратковременной, и вскоре к похрапыванию из соседней комнаты добавился другой, столь же ритмичный звук.
Потом Лиза заснула, а Андрей осторожно встал, оделся и, прихватив автомат, вышел в прихожую. Выбравшись на лестницу, успокаивающе махнул сторожившей вход в дом Татьяне и затопал наверх, туда, где в квартире номер восемь дежурил у окошка Слава.
Встретил тот соратника не особенно дружелюбно — глянул мельком и тут же отвернулся.
— Привет, — сказал Андрей. — Я пришёл поговорить.
— О чем? — сказано это было тоном, не оставлявшим сомнений в том, что уроженец Рязани беседы не желает.
— О видениях. Меня тоже одолевают галлюцинации — с самого первого дня. Поначалу это происходило рядом с синими озерами, и настолько сильно, что я даже терял сознание… — Признаваться было немножко стыдно, но скрывать что-то, когда ждешь откровенности от собеседника — глупо. — А с недавнего времени перекочевало в сны.
— Что ты видишь? — Слава продолжал сидеть вполоборота, глядя на улицу, но заметно было, как он напряжен, как жадно ждет ответа.
— Разное, — пожал плечами Андрей. — Серебристый туман, в нём чаще всего тетку в длинном платье и с короной на голове. Один раз она вручила мне меч, а затем возник некто похожий на облако мрака. Недавно, кстати, он являлся мне вновь, на этот раз во сне. Ещё видел чашку светящуюся, торчащую из озера руку опять же с мечом, остров какой-то…
— Какой-то? — Слава усмехнулся неожиданно горько. — Это же Авалон!
Андрею название ни о чем не говорило, но он решил не заострять внимание на этом моменте.
— У тебя то же самое?
— Да, примерно, — уроженец Рязани дернул плечом. — Сначала я решил, что схожу с ума, затем понял, что в этих видениях есть система и даже, если можно так выразиться, смысл… А, куда?
Последняя реплика оказалась предназначена вовсе не Соловьеву, поскольку Слава высунулся в окно и дал короткую очередь. С улицы долетел короткий, полный боли взвизг, за которым последовало многоголосое рычание.
Андрей вскочил:
— Что там? Штурм?
— Похоже на то… Давай-ка глянь, что с тыла делается, и буди своих.
— Сами проснутся.
Андрей рванул на лестничную площадку и дальше, в ту квартиру, окна которой выходили на противоположную сторону дома. План обороны здания они продумали заранее, определили, где будут находиться огневые точки, и решили, кто какую занимает.
— Хм, ну надо же… — пробормотал он, обнаружив, что и с этой стороны «собаки» затеяли нечто оригинальное.
Несколько тварей образовали что-то вроде акробатической пирамиды, и верхняя, самая маленькая, грызла оконную раму. Доносился ритмичный хруст, в стороны летели щепки, куски краски, а кто-то из тех монстров, что стояли внизу, время от времени натужно кряхтел.
Атака с улицы была, похоже, лишь отвлекающим маневром.
