Дико было видеть совершенно обычные, ничуть не пострадавшие дома, и зелёную бугристую «шкуру», затянувшую пространство между ними, поглотившую переходные дорожки и газоны. Почему строения и фонарные столбы не погружаются в топь, Соловьев объяснить не мог, да он и не пытался придумать какое-то объяснение — зачем?
У первого же перекрестка на них бросились две выскочившие из подъезда «собаки». Одна угодила под очередь и осталась лежать на асфальте, вторая, стремясь уйти от пуль, шарахнулась в сторону.
Прыжок, другой, и тварь опустилась в «болото».
Под её лапами хлюпнуло, «собака» дернулась, но выбраться из ловушки не смогла — её конечности, похоже, захватило намертво.
— Попалась, гнида, — с чувством проговорил Илья.
Тварь вскинула голову, принадлежавшую женщине лет тридцати, и душераздирающе взвыла. Словно в ответ, прозвучало повторное хлюпанье, затем всасывающий звук, будто спускали воду в очень большой ванне, и «собаку» начало затягивать.
Через пару минут наружу торчала лишь бешено дергавшаяся голова, а затем исчезла и она.
— А мы ещё хотели вброд, — сказал Андрей. — Нет уж, спасибо, лучше обойдем.
Железная дорога тянулась через частный сектор, западнее, за полосой «болота», виднелись девятиэтажки, построенные лет двадцать-тридцать назад. Между ними торчали странные конструкции, явившиеся словно прямиком из фантазии обкурившегося архитектора: перекошенные пирамиды из стекла, покосившиеся башни с раздвоенными верхушками, уродливые сплетения металлических полос.
На одной из таких штуковин обнаружился «человек-паук».
Увидев людей, он нервно задергал многочисленными лапами и даже попытался метнуть нечто вроде аркана из паутины, но расстояние оказалось слишком велико, и петля шлепнулась в жижу.
— Чего он там жрёт, посреди «болота»? — спросил Илья, которому, как обычно, до всего было дело.
— Знаешь, меня это интересует в последнюю очередь, — холодно заметила Лиза.
Справа, между домиками, открылось круглое синее озеро, а сразу за ним — роща «секвой». Железная дорога вышла к шоссе и потянулась вдоль его обочины, понемногу забирая к западу.
— Тут есть название, — сказал Андрей, когда они добрались до ещё одной станции. — Электрогорск.
— Краси… — Лиза осеклась, когда с крыши платформы спрыгнула «горилла», а ещё одна выбралась из-за выстроенного в застойно-советском стиле белокирпичного сортира.
— Вот и хозяева! — обрадовался Илья.
Чтобы завалить обеих тварей, пришлось немного пострелять, ну а на шум явилась третья, ещё крупнее остальных. Но в драку лезть не стала, понаблюдала за схваткой с безопасного расстояния, а затем неспешно удалилась на четвереньках.
Граница «болота» ушла в сторону от железной дороги, свернула на запад, и они пошли вдоль неё. Миновали несколько прудов, самых обычных, с простой водой, увидели сидевшую на крыше «корову», что до ужаса напоминала непомерно разжиревшую ворону.
И всюду, на каждом углу из асфальта здесь торчали «кусты» — чёрные, будто из графита, лишенные листьев штуковины, что покачивались на ветру и колыхали ветками, с которых сыпались крохотные чешуйки.
— Потрогать охота, — признался Илья, когда они прошли мимо одного такого. — Но страшно. А вообще, чего, людей в этом Электрогорске вообще не осталось, что ли? Одни твари? Город-то реально немаленький.
— Похоже, что не осталось, — сказал Андрей, оглядываясь.
Часть Электрогорска оттяпало «болото», в другой, судя по всему, хозяйничали чудовища. Вдобавок тут имелось на удивление много всяких «архитектурных» хреновин, возникших в момент катастрофы. А каждая из них могла быть, и наверняка была, смертельно опасной.
Местные, кто не исчез и не погиб сразу, имели немного шансов уцелеть.
— Не осталось, — буркнула Лиза. — Тут мертво все… я чувствую, ещё хуже, чем в логове у «колдуна».
И она передернула плечами.
За последующие полчаса они столкнулись с «плевунами», и, для того чтобы их отогнать, пришлось пустить в ход автоматы; потом ещё увидели парочку «желтоглазых», но эти мгновенно обратились в бегство, так что на них не пришлось даже тратить патроны.
Затем город закончился, и дорога вышла в украшенное перелесками поле, где на смену асфальту пришёл грунт.
— Это крюк получается здоровый, — сказал Илья, разглядывая «болото», которое вовсе не думало заканчиваться, тянулось себе и тянулось за левой обочиной и уходило вдаль, до самого горизонта.
— Что делать? — пожал плечами Андрей. — Вон там, похоже, кто-то живет. Заглянем, дорогу спросим.
Над тем перелеском, что находился на северо-западе и состоял из берез, поднималась струйка дыма. Вряд ли там горел пожар или жгли костер, скорее, все походило на то, что где-то вдалеке топят печь.
Совершенно обнаглевшее «болото» вскоре заставило путешественников свернуть с дороги, так что они прошли перелесок насквозь и очутились на окраине небольшой деревушки.
Большинство домов, а было их всего с дюжину, выглядели покинутыми, но из трубы одного и в самом деле шёл дым. Добротный забор не позволял разглядеть, что творится во дворе, но доносившиеся с той стороны звуки не оставляли сомнений в том, что там рубят дрова.
