Андрей дал очередь с разворота и попал удачно, так что покрытую хитином голову размолотило в кашу. Лишенное башки тело секунду постояло, даже сделало шаг в сторону и с легким шуршанием упало назад.
— Разлюли моя малина, — сказал с земли Илья. — Что, заколбасили нахала?
— Заколбасили, — подтвердил Соловьев. — А ты чего разлегся? Поспать решил? Так ведь не время.
Убитые «кузнечики» очень походили на того, которого встретили в Вязниках, разве что выглядели поменьше — ростом Андрею по грудь, и щетина на их спинах была не чёрной, а красноватой.
За Шестой улицей Ильича прошли непонятно как попавший в пределы города кусочек леса, миновали небольшую промзону, территорию которой скрывал густой туман — словно облако село прямо на землю, да так и прилипло, не уплывая и отчего-то не развеиваясь.
Затем повернули вправо, и пошли старинные, выстроенные из красного кирпича дома в три этажа. Эти во время катастрофы не пострадали и выглядели так, словно люди жили в них до сих пор.
Открылись площадь с чашей фонтана в центре и бьющий из неё столб фиолетового пламени.
— Это могло бы быть красиво, если бы не было страшно, — сказала Лиза. — А площадь, интересно, тоже Ильича?
— Нет, Ленина, — хихикнул глазастый Илья, разглядевший, что написано на табличке. — Слышь, меня другое больше волнует. Куда вообще идти? Прямо или налево поворачивать? Карты у нас нет, а местные что-то не отвечают, сразу стреляют или обниматься бросаются.
— Не знаю, — Андрей потёр лоб. — Я бы повернул. Железная дорога на Москву южнее осталась, мимо неё мы не промахнемся.
Через сотню шагов стало понятно, что южный выезд с площади ведет прямиком на мост через Клязьму, а мост этот порос чем-то похожим на мухоморы высотой по пояс человеку.
— Грыбочки, — сказал Илья. — Покурим? Хотя они такие здоровые, что сами нас покурят, как куст марихуаны того чувака в американском фильме… Помните, да? Как он косяк скрутил?
На приближение людей крайние с этой стороны «мухоморы» отреагировали — их шляпки запульсировали, а пятнышки задвигались, начали медленно переползать с места на место.
— Не очень нравится мне это, — Андрей вытянул шею, высматривая, насколько плотно стоят грибы дальше.
На этом краю моста вполне можно было пройти между «мухоморами», дальше вроде тоже.
— А чего делать? Другого пути все одно нет, — бритоголовый поскреб в затылке. — Или вплавь?
— Это ещё хуже. Рискнем. Если увидите, что со мной непорядок, немедленно назад.
— А ты? — спросила Лиза.
— Если получится, то и меня вытаскивайте, ну а если нет… — Андрей перехватил автомат поудобнее и направился туда, где между двумя «мухоморами» имелся просвет метровой ширины.
Пятнышки на огромных шляпках задвигались быстрее, забегали туда-сюда, будто таракашки. Пульсация участилась, так что казалось, огромный «гриб» затрясся, и стал ощутимым слабый кисловатый запах.
Едва уловив его, Андрей остановился и задержал дыхание — не хватало ещё оказаться в облаке галлюциногенной или, хуже того, кожно-нарывной или нервно-паралитической гадости и выйти из строя…
В то, что «мухоморы» просто источают аромат, подобно цветам, верилось слабо.
— Ты чо? — спросил Илья, едва не уткнувшийся предводителю в спину.
— Так пахнет же…
— Ну и что? — обоняние у бритоголового, в отличие от зрения, было так себе, а запах «грибочков», похоже, на самом деле являлся только запахом, а не признаком того, что тебя пытаются отравить.
Андрей осторожно вдохнул, и ничего не произошло — в горле не запершило, не помутилось перед глазами. Да и кожа на руках, которой наверняка коснулось потенциальное ОВ, не начала чесаться и облезать.
Пожав плечами, он сделал следующий шаг.
Оказавшись между двумя «мухоморами», ощутил исходившее от них слабое тепло — как от обогревателя на минимальной мощности. Далее пришлось двигаться по извилистой кривой, пролегавшей там, где «грибы» стояли пореже, и уходившей то к правым перилам, то к левым.
Грохот раздался, когда они были примерно на середине моста.
Справа поднялся громадный, похожий на грязно-серую колонну водяной столб, в лицо Андрею полетели брызги. Едва успел протереть глаза, такой же «гейзер» вздыбился слева и чуть ближе к южному берегу, третий оказался меньше всех и появился на свет довольно далеко.
— Вот и душ приняли, — сказал Илья, когда стало тихо. — Сейчас душегубы явятся?
В первый день после катастрофы, когда переходили Оку, возникновение таких же столбов стало предвестником атаки «лягушек».
— Не будем их дожидаться… — Андрей глянул вправо, затем влево. — Быстрее.
Ускорил шаг, и почти тут же зацепил боком один из «мухоморов». Шляпка нервно колыхнулась, пятнышки на её поверхности замерли, а Соловьев попытался двинуться и понял, что приклеился.
— Осторожнее! Они липкие! — предупредил он спутников.
Вытащил из чехла на поясе нож, острое лезвие вошло в рыхлую плоть легко, но после нескольких сантиметров увязло намертво. Попытка вытащить его вдвоем, при помощи Ильи, ни к чему не привела, разве что оба запыхались, а Андрей едва не порезал палец.
— Ну вот, придется портить одежду, — сказала Лиза. — Пустите-ка меня…
