Джара почувствовала, как воздух в конференц-зале наполнился электричеством. У нее защипало кожу, гормоны зашипели, раскаляясь добела. «Он вслух назвал меня лучшим аналитиком в нашем деле», – подумала она. Всего час назад Джара была готова смириться с беспросветным однообразием кабинетной работы на государственной службе. Оглядевшись по сторонам, она увидела, что у Беньямина и Мерри возбужденно зажглись глаза, а Хорвил беспокойно ерзает в кресле, словно восьмилетний мальчишка. «Каким образом Нэтчу удалось установить здесь свой полный контроль?»
– Итак, сколько у нас времени? – спросила Джара.
– Десять дней, – ответил Нэтч. – Первую презентацию мы делаем одиннадцатого декабря в 19.00 по андра-прадешскому времени. На следующий день «Мультиреальность» выходит на рынок.
Био-логические подмастерья молчали, не в силах издать ни звука. Здесь, в Андра-Прадеш, уже наступил вечер. Если предположить, что подмастерье Маргарет прибудет с программой «Мультиреальность» в субботу к полудню, останется приблизительно всего восемь дней. Восемь дней на то, чтобы разобраться с совершенно новыми технологиями, которые, предположительно, должны революционным образом изменить весь мир; восемь дней на то, чтобы подстроить параметры под структуру новой компании; восемь дней на то, чтобы пройти весь путь концептуальной проработки и развития; и восемь дней на то, чтобы отточить продукт до совершенства и выдать его миллиардам ненасытных потребителей. Джаре захотелось расплакаться. Для подобного грандиозного проекта не хватит и восьми недель, а то и восьми месяцев.
– А что насчет Совета? – вставил Беньямин.
– Что насчет Совета? – повторила Мерри. – Ну, если Лен Борда был готов расправиться с самой богатой женщиной в мире ради того, чтобы получить в свои руки «Мультиреальность»… почему ты думаешь, что он постесняется обрушиться на нас?
Джара мысленно подсчитала всех солдат Совета, которых видела на этой неделе – здесь, бродящими по узким улочкам Андра-Прадеш, на широких проспектах Шенандоа, в мощенных брусчаткой переулках рядом с ее лондонской квартирой. Обыкновенно она не обращала внимания на солдат в белых балахонах. Хранители мира, подручные верховного управляющего Борды с его жаверианской[9] одержимостью общественным порядком. Скрываться от такого вездесущего врага – об этом не могло быть и речи.
Лицо Нэтча скривилось в хищной усмешке. Его взгляд сфокусировался в какой-то невидимой точке посреди зала – там, куда больше никто не смотрел.
– У вас по-прежнему есть выбор, – сказал он. – Сегодня до полуночи по шенандоанскому времени вы остаетесь подмастерьями «Закрытого феодкорпа программирования Нэтча». Вы можете обеими ногами запрыгнуть на борт новой компании или сбежать, пока еще есть возможность.
Хорвил сдавленно застонал. Нэтч резко развернулся к нему.
– А как же Борда? – жалобно проскулил инженер.
– Лен Борда, – презрительно произнес Нэтч, заскрежетав зубами, словно пережевывая свои слова. – Пусть верховный управляющий перепугал до смерти Маргарет, но он еще не имел дела со
Двое мужчин в вагоне трубы старались изо всех сил не привлекать к себе внимания.
Нэтч ожидал более эффективной слежки со стороны Совета по обороне и благосостоянию.
Предприниматель провел ночные часы, разъезжая между Циско и Сиэттлом и любуясь секвойями. Он ждал, что с минуты на минуту от Джары придет заявление об увольнении. Но наступила полночь по шенандоанскому времени, а никаких существенных сообщений так и не поступило – лишь обычный мусор политической пропаганды и рекламы, допущенной МСПОГ. Напоследок еще раз взглянув на шпиков Совета, Нэтч позволил себе погрузиться в легкую дрему.
Проснувшись в три часа ночи, предприниматель обнаружил, что странных попутчиков след простыл. Он попытался вспомнить, когда в последний раз спал, горизонтально вытянувшись в кровати, а не вертикально скрючившись в кресле вагона. Неважно. У него оставалось еще достаточно времени на то, чтобы вернуться на Восток и подготовить каталог выставленных на продажу био-логических программ феодкорпа, прежде чем прибудет Куэлл с базами данных «Мультиреальности». Как только каталог окажется на рынке, Рубикон будет перейден: обратного пути больше не будет. Доводилось ли какому-нибудь полководцу вести в сражение свои войска, оснащенные таким призрачным оружием?
Наконец Нэтч вышел из вагона на вокзале в Циско и увидел перед собой свое собственное лицо.
