– О! Ух ты… Да, но… Это же не вопрос, согласитесь! Это есть монолог! Политическая программа! Речь инсургента. Если бы вы не были командиром в подразделении украинских морпехов, я бы грешным делом подумал, что вы – кремлевский пропагандист! – попытался перевести в шутку ситуацию с неудобным вопросом, по сути являющимся предтечей бунта и агитацией лидера бучи. Строй колебался между улыбкой и шушуканьем, между поддержкой ротного и демонстрацией политической благонадежности.
– Я мог бы не отвечать на этот провокационный вопрос, – после продолжительной паузы изрек Картер. – Есть тактические уловки, они помогают развивать успех на иных направлениях. Эти уловки я готов и сам продемонстрировать хоть завтра. И я буду лично руководить операцией на нескольких перешедших противнику островах в дельте Днепра. Вы увидите воочию, что все решает хитрость. Вы – герои! Вы сковываете крупные силы русских. Каждый из вас – герой своей страны и всего свободного мира! Вас могут назвать террористами только террористы! Слава Украине!
– Героям слава! – выпалили самые ретивые и выслуживающиеся. Громче всех заорал Ступак. В глубине души он потирал руки, зная, что теперь точно имеет карт-бланш – Картер этого так не оставит. Леон подписал себе смертный приговор…
Когда камера репортера вновь включилась, мимо трибуны зашагал не в ногу парадный расчет из трех рот морпехов. Это было жалкое зрелище.
Молодые не могли держать автоматы, у кого-то они висели за спиной на ремешках, а кто-то имитировал спецназ, направив дуло вниз. У большинства автоматы смотрели вверх по-советски.
Субтильный очкарик лет двадцати, в отличие от большинства добровольно оказавшийся на фронте, глядел себе под ноги, преследуя единственную цель – не стать посмешищем в глазах более опытных сослуживцев, которые могли держать дистанцию между шеренгами. О том, что он не умеет снимать с предохранителя и выдергивать чеку гранаты, он сейчас не размышлял – до выброски на острова еще было время – сержант обязательно расскажет и, наверное, покажет.
Сейчас же его беспокоило только то, как ставить ноги в такт и добиться, чтобы при этом не спадал шлем. Двое новоиспеченных морпехов, восемнадцатилетних юнцов, нарушивших до подписания контракта Постановление Кабмина номер 57 о запрете на выезд из Украины мужчинам в возрасте от 18 до 60 лет на период действия в стране военного положения, не понимали ни как здесь оказались, ни что им предстоит.
Один из них, с веснушками и мокрыми губами, выставлял при шаге руку и ногу одной стороны одновременно. Суть в том, что «морпех поневоле» не умел не только ходить строевым, но и плавать. Когда его выловили в Тисе пограничники, то напугали уголовной ответственностью за нарушение закона и пристыдили тем, что тот на всю жизнь получит клеймо предателя и дезертира. Вот он и записался в армию.
Старики были посмышленее, но и они многого не понимали, к примеру – как во время чеканного шага правильно нести тубусы громоздких гранатометов. Их пару недель учили на полигоне осуществлять выстрел и менять позицию, передвигаясь от одного укрытия к другому. А вот занятий по строевой подготовке никто не проводил. Да и к чему она? «Американец точно крышей поплыл, но шагать надо!»
Зато один пулеметчик средних лет, выходец из Ивано-Франковска, недавно получивший повестку ТЦК, по идейным соображениям агрессивно выставил ствол ПКМ вперед и раскрыл складные сошки для стабилизации стрельбы из положения «лежа». Стволом он задевал впередиидущего и поэтому направил оружие вбок, из-за чего чуть не был заподозрен в покушении на иностранцев.
Ступак купировал конфуз и успокоил встревожившихся Картера и поляка взглядом, показав знаком, что не стоит переживать – он лично знает пулеметчика, и тот таким образом демонстрирует верноподданство, готовность немедленно идти в бой и жертвовать жизнью ради свободы и воли.
– Песню за-пе-вай! – скомандовал возглавляющий парадный расчет второй ротный.
Корреспондент отснял материал. На монтаже все выглядело бодро. Но хроника, просмотренная целиком, удручала даже журналиста, не испытывающего ни малейшего сострадания к местным националистам.
Начитанному писаке увиденное напомнило легенду о Гамельнском крысолове. В ней дудочник, обманутый магистратом, в отместку увёл за собой городских детей, сгинувших затем безвозвратно.
Перед десантированием на безымянные острова, рассеянные по дельте, шесть из которых морпехи 810-й бригады уже отбили в течение трех дней, к группе присоединились спецы из подразделения ПДСС – отряда подводных диверсионных сил и средств, боевые пловцы-аквалангисты.
