— А что? Мы привыкли, что только наука является правдой. А магическое видение мира… Там тоже все по-своему логично. Мы просто не видели, как магия работает. А вот тут — видим. И если предположить, что магия — это не бред, а правда… Кроме того, у русских все не так, как у нас. Вот и представь — в той же промзоне сидят не специалисты по секретным сверхтехнологиям, а специалисты по черной магии. Для магии техника не нужна.
— Но почему… Только сейчас…
— А кто знает? Я тут слышала замечательную русскую пословицу: рак на горе свистнул. Планеты встали нужным образом. Или мы, сами не зная того, нарушили какое-то равновесие.
Джекоб вдруг вспомнил слова пьяного мужика, цитировавшего Шекспира: «Распалась связь времен»…
А ведь в самом деле, все одно к одному. «Монахи» из лавры не советовали соваться за Обводный канал, — всплыло в мозгу Джекоба. Все логично. Нас эти монахи явно недолюбливают. Но и черную магию приветствовать не могут. А уж священники в подобных делах должны понимать. Выходила вовсе дичь. Где-то сидели страшные маги — и своей силой направляли на войска НАТО всяких жутких созданий? Это было чересчур. Джекоб поглядел на Анни — и увидел, что она спит, положив голову на стол. Он вышел из пресс-центра.
По дороге Джекоб услышал доносящийся из какого-то кабинета разговор. Говорили двое. Беседа шла на русском, но один из собеседников, хоть и хорошо владел языком, явно был американцем. Диалог шел на повышенных тонах, причем у того, который с акцентом в голосе ощущались интонации босса.
— Что это у вас, русских за привычка: требовать деньги за работу, которую вы еще не сделали! Это как у вас называется, халява. Вы принимаете нас за простачков, которых можно легко обмануть? Я знаю, что вы любите как это… кидать. Это у вас вроде как национальный спорт — надуть глупого иностранца и потом над ним посмеяться. Но вы не на того напали! Я много общался с вашими, как вы себя называете деятелями культуры. И прекрасно знаю ваши привычки. Наобещать с три коробки, взять деньги — а потом ничего не делать, ссылаясь на непредвиденные обстоятельства. А затем заключите сделку с кем-нибудь другим. Так вот, со мной такие штучки не пройдут! Вы что нам обещали? Что начнете шерстить запасники Эрмитажа. А вы? И я ведь не какой-нибудь варвар, покушающийся на вашу любимую культуру. Мне ведь не нужна какая-нибудь «Мадонна Литта». Пусть висит, радует туристов. Мы — люди скромные. Возьмем кое-что, что нам требуется. Из запасников. Ну, объясните, кому они нужны, эти запасники. Их никто никогда не видит. Лежат, пылятся вещи, которые можно выгодно продать. А вы получите свой процент.
— Но ведь нет связи ни со Штатами, ни с Европой… — Пролепетал голос, явно принадлежащий какому-то интеллигенту.
— И хорошо, что нет. Будет, никуда не денется. И самолеты прилетят, и корабли придут. Вы, небось надеетесь, что с ними прибудут наши конкуренты, чтобы начать торговаться и взвинтить цену? Все ваши увертки видны невооруженным глазом. Но мы вам уже кое-что заплатили. Так, черт возьми, отрабатывайте свои деньги! Идите к генералу, говорите с ним как хотите, умоляйте, требуйте, да хоть что! Но! Получайте от него разрешение на работу в запасниках. Придумайте что-нибудь. Давите на то, что это ваше право. Я не желаю ждать, когда тут посадят какое-нибудь демократически избранное правительство. Общался я с вашими демократическими политиками. И знаю, что расходы сразу взлетят на порядок. Нет уж. Откровенно говоря: город грабят сразу, когда армия в него входит. А не потом, когда оккупанты поставят своего коменданта. Тогда грабить будут уже те, кто летает повыше меня.
— Но мы не грабим… — Забормотал интеллигент.
— Ну, спасаем произведения искусства от уничтожения. Слова не важны. Важно одно — я хочу, чтобы деньги, вложенные в вас, обернулись выгодой. А не то ведь знаете — можно и вас найти управу. Думаю, если поспрашивать ваших коллег, они много вспомнят такого, что вы навсегда останетесь сидеть в этой дыре — и не видать вам никакой Америки.
Джекоб аж спиной почувствовал, как побледнел тот, за дверью. Угроза, видать, была страшной. Во всяком случае, послышалось торопливое бормотание.
— Не беспокойтесь. Я завтра же пойду к генералу. Мы обо всем договоримся…
Вот она, миротворческая миссия в полный рост, ухмыльнулся Джекоб, двинувшись дальше. И ведь это только мелкие хищники. Самые смелые, прибывшие в обозе армии. А потом пойдут покрупнее. Начнут скупать дворцы и все прочее. Джекобу стало грустно. Да, город восстановят. И превратят его в большой аттракцион. Ну, почему его соотечественники к чему ни прикасаются — все превращают в дурной балаган для придурков? Прекрасное место — Большой каньон. Но ездить туда противно. Потому что такое впечатление — там проданы даже скалы. А уж Ниагарский водопад… Совсем тоскливо.
