| "I can't be satisfied this way, Eve." | - Но я так не могу, Ив, я не кончу, - пробормотал он. |
| She laughed. "I don't care, sweetheart. / can." | - Мне все равно, солнышко, - засмеялась она, -главное, чтобы мне было хорошо! |
| She began to move her hips, thrusting against him, feeling him going deeper and deeper inside her. | Бедра Ив задрожали, встречая каждый толчок; она закрыла глаза, ощущая, как Джордж все глубже и глубже проникает в нее. |
| She had orgasm after orgasm, and watched his frustration grow. | Оргазм следовал за оргазмом. Ив наслаждалась еще больше, чувствуя растущее раздражение любовника. |
| He wanted to hurt her. to make her scream with pain, but he dared not. | Джорджу так хотелось причинить ей боль, издеваться, заставить кричать, молить о пощаде, но он не осмеливался. |
| "Again!" Eve commanded. | - Еще! - приказывала Ив. |
| And he pounded his body into her until she moaned aloud with pleasure. | И Джордж, тяжело дыша, почти расплющил ее тело своим, ни на секунду не прекращая двигаться, пока Ив не застонала от наслаждения. |
| "Ahh-h-h ... that's enough for now." | - Ах-х-х, вот оно... хватит... не могу больше... |
| He withdrew and lay at her side. He reached for her breasts. | Джордж отодвинулся и лег на бок, сжал ее груди. |
| "Now it's my-" | - Теперь моя очередь... |
| And she said curtly, "Get dressed." | - Одевайся! - резко приказала она. |
| He rose from the bed, trembling with frustration and rage. | Дрожа от ярости, Джордж поднялся. |
| Eve lay in bed watching him put on his clothes, a tight smile on her face. | Ив продолжала лежать, наблюдая, как тот натягивает брюки; на губах девушки играла сдержанная улыбка. |
| "You've been a good boy, George. It's time you got your reward. | - Ты был послушным мальчиком, Джордж, и заслужил награду. |
| I'm going to turn Alexandra over to you." | Отдаю тебе Александру. В полное распоряжение.* * * |
| Overnight, everything had changed for Alexandra. | Для Александры жизнь переменилась всего за одну ночь. |
| What was to have been her last day at Berkley and Mathews had turned into a triumph for her. | Пятница должна была стать последним днем в "Беркли и Мэтьюз", а стала самым счастливым за все время работы здесь. |
| She had gone from outcast to heroine. | Александра превратилась из отверженной в героиню. |
| News of her caper spread all over Madison Avenue. | Слух о ее проделке мгновенно распространился по всей Мэдисон-авеню. |
| "You're a legend in your own time," Vince Barnes grinned. | - Ты стала живой легендой, - ухмыльнулся Вэнс. |
| Now she was one of them. | Теперь она наконец была своей. |
