На главной странице сервиса по подбору психолога пестрели стоковые фотографии неестественно довольных, смеющихся людей. Илья почувствовал, что его пытаются обмануть. Мол, запишешься к нам через сервис – и спустя месяц будешь также радостно хохотать, как девяносто процентов наших клиентов. Ладно. Он нажал огромную ярко-зеленую кнопку «подобрать специалиста».
Нужно было ответить на несколько простых вопросов:
Вы впервые обращаетесь к психологу? – Да.
Ваш пол? – Мужчина.
Ваш возраст? – 27 лет.
Вы хотите посещать психолога очно или онлайн? – Только очно.
Вам важен пол психолога? – Только женщина.
«Я хочу, чтобы меня впервые в жизни поняла женщина».
Над чем вы хотите поработать? Дальше – огромный список разнообразных проблем.
«А можно я тупо укажу все? У меня проблемы со ВСЕМ. Я сам одна сплошная проблема».
Расставляя галочки напротив «одиночества», «депрессии» и «сексуальных или гендерных проблем», Илья на миг почувствовал, что его можно спасти. Вот-вот по веревочной лестнице спустится волшебница из голубого вертолета.
Сервис подобрал для него пять волшебниц.
Прием у первой стоил баснословно неподъемные пятнадцать тысяч, а ее методом был психоанализ. Это показалось ему сомнительным. Дедушке Фрейду Илья не доверял, все-таки это было больше ста лет назад. Что они там будут делать, разбирать сны? Спасибо, но нет.
Вторая психологиня показалась ему слишком молодой. Да и все они, кроме одной, выглядели довольно молодо. Опыт был в среднем от двух до четырех лет, но это как раз не смущало: напротив, Илье казалось, что специалисты с двадцатилетним стажем отстали от жизни, законсервировались в своих знаниях, полученных в девяностые, когда в стране с образованием был полный швах. Но все же ему не хотелось связываться со слишком молодой специалисткой: если быть честным с самим собой – а он старался быть с собой предельно честным, – он боялся в нее влюбиться. Поэтому из всех пяти психологинь он выбрал старшую – на вид ей было около сорока лет. Ухоженная женщина с короткими платиновыми волосами и в очках.
Они договорились о встрече, и Илья снова принялся лежать, отсчитывая дни до спасения. Но за сутки психолог написала: «Илья, я очень сильно извиняюсь. Не смогу вас принять очно, у меня форс-мажор, пришлось уехать в другой город. Могу предложить сессию онлайн, 29 декабря». Онлайн он не хотел и отказался, чувствуя себя ребенком, которого вечером не забрали из детского сада.
Пришлось написать другой специалистке – молодой женщине с длинными прямыми волосами и родинкой над верхней губой, как у Мэрилин Монро. Илья выбрал ее почти случайно. Она была схема-терапевтом и брала приемлемые деньги – единственный критерий, на который Илье было еще не плевать. Но в остальном все было уже безразлично – словно ему больше не интересно смотреть кино про самого себя и писать сценарий к своей жизни. Его критерии отбора больше не работали. Плевать на внешность, плевать на опыт, плевать на метод. Лишь бы вытащили. Лишь бы спасли. Хоть кто-нибудь. Должен же быть хоть кто-нибудь?
Схема-терапевтку звали Юлия. Она сказала, что сможет принять Илью уже только после Нового года. Илья ответил окей, продолжая лежать дальше с выключенным светом – в обнимку с мягким теплым Гешей.
Тридцать первого декабря Илье пришло пуш-уведомление от службы доставки еды: «Мы уже нарезаем салаты». Тогда он спохватился и заказал килограмм оливье – вот и весь его новогодний стол. Дождавшись курьера с салатом, Илья все же выполз на улицу, чтобы купить бухла. В прошлый Новый год он был абсолютно трезв, и ему не понравилось. Новый год создан для бухла, даже если тебе предстоит встречать его на краю земли в компании собаки. Вечером все магазины закроются, а единственный пивной бар в ЖК будет переполнен, поэтому стоит озаботиться заранее.
Геша не верил своему счастью и, скуля, вертелся волчком, пока Илья прицеплял поводок к ошейнику. Уже на пустыре поодаль от ЖК, где летом была «песь», а сейчас лежал ровный, толстый, нетронутый слой снега, Илья отцепил поводок. И засидевшийся в квартире пес ринулся по двору, зарываясь в сугробы, что-то там выкапывая – виднелась только рыжая спина и похожая на коричную булочку жопка. После Геша подпрыгнул, взвизгнул и продолжил беситься. Илья впервые за долгое время испытал приятное чувство. Тут он услышал звук уведомления и достал телефон из кармана. Наверное, очередной новогодний спам, кому еще ему писать. Но это внезапно оказалась мать. Она написала: «С наступающим, сынок!» Илья набрал в ответ: «С наступающим!»
Глядя на то, как корги лишает снежную равнину девственности, Илья думал: все же то, что было в его жизни, было не зря. Есть невинность, а есть опыт. Песни невинности кончились, начались песни опыта, и какими бы горькими они ни были, иметь опыт – в своем роде даже лучше, чем быть невинным. Наверное, опытным и взрослым проще жить дальше в этом мире.
